– Ванечка! Доброе утро! – Ирина Владимировна облегченно выдохнула про себя: жив, здоров, все в порядке. – Повидался с мамой?
– Доброе утро. Спасибо, Ирина Владимировна, повидался. – Он улыбнулся и прошел за парту.
– Ну что?! Рассказывай давай! – Колька от нетерпения весь извелся. Он не знал, что Ваня вернулся в тот же день после экскурсии, а так бы побежал к нему уже в воскресенье.
– Мальчики! Урок начинается.
Ваня был благодарен учительнице за то, что она ненадолго прервала расспросы друга. Он не знал, о чем ему говорить. Врать, что все прошло хорошо, смысла нет, да и не хочется. Потом это превратилось бы в бесконечную ложь, пришлось бы все время что-нибудь выдумывать. А как иначе объяснить, если мать обрадовалась и любит его, но совсем не зовет. Рассказать все как есть, слишком тяжело. К началу перемены Иван решил не скрывать правду, но и не вдаваться в подробности.
– Ты знаешь, – сказал он. – Мама вышла замуж, и у нее там своя жизнь.
– Понятно. – Колька почесал затылок и грустно вздохнул. Потом, замявшись, сказал: – Ты знаешь, а я вообще-то немножечко рад. Ну, в хорошем смысле. Так бы ты точно уехал, и что бы я без тебя тут делал? А так ты у меня остался! – Он разулыбался так, что Ваня не смог сдержать смех. На сердце почему-то стало совсем легко. Коля осмелел после такой реакции и сделал заключение: – А она пусть живет там со своим мужем, потом пожалеет еще! Слушай, я вчера такую передачу смотрел! Ты вот кем хочешь стать, когда вырастешь? – Друзья обнялись за плечи и пошли по коридору, оживленно обсуждая будущую Колину профессию.
После школы Коля предложил погулять, но Ваня запланировал на сегодня важное дело. Он пришел домой, взял деньги, пакет с коробочкой и отправился к цыгану. Пройдя через полупустой рынок, он не стал как в прошлый раз болтаться под окнами (случай с Зорой, как она тащила его за ухо, вспоминать сейчас было стыдно), а поднялся на крыльцо и постучал в дверь. Никто не ответил. Немного подождав, он дернул ручку и вошел. Шандор лежал в кровати и, похоже, дремал.
– Шандор, – тихо позвал Ваня.
Тот сразу встрепенулся:
– О, чаворо… Быстро вернулся, – прохрипел цыган своим глухим голосом. – А я тут приболел немного. Ну сейчас, сейчас… – Он стал с трудом подниматься с кровати.
– Да не надо, не надо. Лежите. Я деньги принес. И тут еще… – Он протянул пакет.
– Сейчас, сейчас. Нехорошо с порога. Погоди. Чаю попьем. Раздевайся, садись.
Ваня разделся, прошел за круглый стол. Цыган поставил чайник, сел. Лоб его был покрыт капельками пота.
– Ну, рассказывай.
– У меня денег не очень хватит вам отдать, но я еще принес французские духи. Может, возьмете. Я хочу побыстрее бабушкины часы на место вернуть.
– Часы?
– Да.
– Так я их продал. Сразу ушли. Хорошие часы.
– Как?! – Ваня обомлел. – Вы обещали! Мы же договорились!
– Ну договорились. Откуда мне знать… Пришел незнакомый мальчик, принес ворованные часы. По всему видать – не вернется.
– Они не ворованные! Я на время! Я, я… – Ваня встал, и хоть он обещал себе больше никогда не плакать, из глаз его сами собой полились слезы. – Я пойду.
– Погоди, деньги забыл. И духи. Тоже поди украл?
– Купил. Только не понадобились. – Он уже надевал ботинки, когда Шандор расхохотался.
– Стой, стой, не кипишись. Пошутил я.
– Давайте часы тогда, и я пойду. – Ваня глубоко дышал, чтобы не разрыдаться в голос.
– Так ты говоришь, там не хватает?
– Ну духи ведь. Они дорогие.
Цыган открыл пакет, оглядел коробку.
– Подделка. Нам из Одессы лучше привозят, – снова засмеялся, потом закашлялся.
Ваня надел пальто.
– Ладно, чаворо, хватит шутить. Давай, садись, погутарим.
Он сказал это так, что Ваня снял пальто и сел. Цыган налил чаю.
– Что, не приняла тебя мать? Уехала с мужчиной, и ты ей оказался не нужен.
– Откуда вы знаете?
– Частая история. А ты хороший парень. Только обижаться не надо. На обиженных, небось знаешь, воду возят.
Ваня сам не заметил, как рассказал Шандору все, что произошло в тот день. Странно, но стало легче. На улице стемнело, и в открытую форточку тянуло осенью. Накрапывал дождь.
– Мне пора, дед волноваться будет.
Шандор достал часы.
– Духи возьму, ну и деньги, конечно, тоже, хоть сумма и не та. Вернешь сполна, сколько взял. Духи-то того, что ты за них отдал, не стоят, обманула тебя баба. Но если сейчас я тебя пожалею, ты потом всю жизнь на эту жалость расчитывать будешь, а за свои поступки надо уметь отвечать. Поэтому завтра-послезавтра сбегаешь мне за лекарствами и по всяким мелким поручениям, вот и рассчитаемся. По рукам?
– Конечно! Спасибо! – Ваня не поверил своим ушам. – Я после школы сразу к вам. – Ваня оделся и выскочил в темную морось.
– Эй, часы забыл!
– Спасибо! – Он схватил часы, зажал их в кулаке, как несколько дней назад, и воодушевленный припустил домой.
