Он мог бы отдать свою кружку Шарлинте, но предпочел, чтобы девушка пила так, из его рук.
— У них есть выбор разве, — не вопросительно, а утвердительно ответил брату Равенель. — А твой дед, Лин, он живет в двиртийской империи? Двирт? Телепортацией, как чистокровные двирты, владеет? Вряд ли твой отец отпустит королеву или младшую принцессу нам на помощь. Поэтому я их исключил.
Шарлинта едва не поперхнулась. Осторожно отпустила руку Трейвента, с зажатой в ней кружкой.
— Вы согласились жениться на мне, даже не изучив родословную? Если точнее, то не дед, а прадед. Чистокровный, как ты выразился. Соответствующими магическими способностями обладает, — девушка замялась и решила дальше не продолжать.
Узнают все сами и в свое время. Шарлинта была уверена, что дед в любом случае нашел бы время встретиться с ее женихами, пока они все еще на территории Веллории. К амаинтам он бы также без труда добрался. Но все же, пока принцесса здесь, у себя дома, повлиять на ситуацию возможностей куда больше.
— Мы не кобылу же племенную покупали, чтобы родословную под лупой рассматривать, — недовольно процедил Икрей, за что сразу же получили два очень выразительных взгляда от старших братьев.
Племенную, значит. Кобылу. Шарлинта резко вдохнула и выдохнула. На плечо, снова, уже в который раз, легла рука Трейвента в успокаивающем жесте. Точно нервную лошадь успокаивает. От пришедшей на ум ассоциации передернуло. Чужую ладонь со своего плеча Лин убрала. Просто взяла своими пальцами, сняла и переложила на бревно рядом с собой. Молча.
— А кого покупали? — звенящим голосом спросила принцесса. — Не любимую девушку, не племенную кобылу, не сильного мага, тогда кого?
Внутри закручивалась спираль из разочарования в людях и нелюдях, злости, пережитых за два дня страхов, сомнений. Вся эта волна чувств, щедро подпитанная магической силой, хотела вырваться наружу. Шарлинта почти отпустила ее. Почти видела этот огненный шквал, с огромной скоростью катящийся по пожухлой осенней траве, подъедая опавшие листья. Лишь в последний момент принцесса вспомнила. Нельзя отпускать. Задержала дыхание, сжала кулаки так, что ногти впились в кожу ладоней, причиняя боль. Своевременную, отрезвляющую боль. Теперь нужно сосредоточиться, попробовать уменьшить разросшуюся внутри бурю. Со всхлипом выдохнула. Магия подчинялась с трудом.
— Смотри на меня.
Чей-то далекий, но, кажется, знакомый голос. Только нет сейчас сил, чтобы поднять голову и посмотреть, кто это.
— Смотри на меня, Лин.
Властный голос. Глубокий. Чем-то царапающий внутри, каждый раз, когда она его слышит.
Чужие горячие ладони на щеках, силой поднимающие ее лицо вверх. Знакомая грозовая синь. Глубокая, затягивающая, успокаивающая.
— Смотри на меня, Лин, и дыши. Дыши, девочка.
Надо бы сказать, что ей нельзя. Нельзя дышать. Нужно держать в себе выходящую из подчинения магию. Она сможет. Всегда могла.
— Дыши.
Чужие большие пальцы удивительно мягко погладили по щеке. И Шарлинта сдалась. Вдохнула. Воздух показался таким же горячим, как и его ладони. Грозовая синь потемнела, а потом почему-то погасла.
Сознание возвращалось медленно и неохотно. Сначала принцесса услышала, как где-то неподалеку журчит вода, потом шум ветра и потрескивание костра. Затем чье-то дыхание совсем рядом. Почувствовала прикосновение чьих-то губ к саднящим отметкам от ногтей на ладонях. Легкую щекотку от горячего воздуха на коже. Лишь тогда открыла глаза.
Она лежала на земле на расстеленном плаще. Вместо подушки под головой — ноги Трейвента. Вспомнилось все сразу — вырывающаяся магия, голос Равенеля, потемневшая синь его глаз.
— Никто не пострадал? — спросила шепотом и удивилась, что этот хриплый каркающий голос — ее собственный.
— Нет, маленькая, не переживай, — ответил амаинт.
Его дыхание все еще щекотало кожу ладони, хотя следы от ногтей уже исчезли. Шарлинта приподнялась и огляделась. Они с Трейвентом остались у костра одни.
— Еще есть время, полежи, — улыбнулся ей мужчина.
Правильно улыбнулся. Как утром. Не только губами, но и глазами.
— Мне бы попить.
Кружка с почти остывшим отваром стояла рядом с амаинтом. Шарлинта даже не удивилась. Трейвент помог ей сесть и поднес питье к губам девушки.
— Я сама.
Принцесса забрала кружку и жадно отпила. Руки не дрожали, в глазах не темнело, злость испарилась, хотя принцесса все равно помнила каждое слово и свои вопросы, оставшиеся без ответа.
— А где остальные? — спросила уже почти нормальным голосом, чтобы заполнить паузу. — Младший получает выволочку?
Трейвент улыбнулся и кивнул.
— Вы все виноваты, — медленно, подбирая каждое слово, произнесла принцесса. — Вы все умалчиваете самое главное, а я отсутствие ответов подменяю своими фантазиями и страхами. Это ваш общий выбор. Икрей просто не умеет пока умалчивать так же сдержанно, как ты или Равенель.
Девушка немного помолчала, допила отвар и отставила кружку. Опираясь на руку Трейвента, встала на ноги и сделала несколько шагов, проверяя свою способность двигаться. Лагерь уже сворачивали.
— А мальчика навестить не успеем? — решила сменить тему Шарлинта.
