— Тебе заняться больше нечем? — скептично оглядела я его.
— Честно? Нечем. У меня каникулы, вообще-то, а уезжать на отдых пока никуда не собираюсь. — Он оттеснял меня в зал, и я, понимая, что он не шутит и действительно сейчас примется наводить порядок в квартире, спешно стала наклоняться и собирать свои разбросанные носки, штаны и майки.
— Кто тебе сказал, что мне требуется горничная?
— Ну, ты мне-то не рассказывай, — уверенным шагом направился он на поиски ведра и тряпок, — если я тебя когда и видел со шваброй в руках, так ты ею кого-нибудь била, а не мыла полы.
— Это было в средней школе, злопамятный! И потом я всё-таки убрала класс, между прочим.
— И всё-таки, дышать пылью вредно, так что потерпи немного моё присутствие, — покровительственно похлопал он меня по плечу и сунул ладонь в перчатку. Сконфузившись от того, что забота была не лишней, и я за эти дни по дому и пальцем не пошевелила, я предпочла скрыться с глаз Джуниора, чтобы не ощущать бесперебойный стыд рядом с ним. Боже, за какие заслуги у меня такой друг? Золотой человек.
Я попыталась сосредоточиться на учебе, но вместо этого прислушивалась к каждому шороху. Что сейчас делает Чжинён? А теперь? Много грязи накопилось за диваном? А слой пыли достаточно толстый, чтобы писать на ней? Я не забыла нигде ничего не стиранного? Вроде бы из ванной забрала все свои вещи. Джуниор убирался тихо, не привлекая к себе внимания, но это не помогало. Потом зажужжал пылесос. Опережая его, я вспомнила о немытой посуде, и поспешила на кухню к этой горе. Что он обо мне подумает? К счастью, ничего не успело заплесневеть и завонять. Я наспех перемыла тарелки и расставила их на полке. Воду выключила одновременно с умолкнувшим пылесосом. Вошёл Джуниор.
— Пока ты тут, я приберусь в твоей комнате? — Я вспомнила Чжихё, залезавшую даже под стол, чтобы протереть всё до последнего миллиметра. Как это сделает Чжинён с его ростом? Он там не поместится.
— Только ничего не перекладывай, а то я потом в жизни не найду…
— Я аккуратно, просто протру по верхам, — пообещал он и ушёл. Я так и осталась стоять, прижавшись спиной к раковине. Происходящее — очень тревожный сигнал? Я занимаюсь борьбой, а парень драит квартиру. Я не конченная феминистка и кастрационным комплексом не страдаю, но если дела так пойдут дальше, у женщин начнут расти не сиськи, а члены. А этого мне не хотелось.
Снова раздался звонок в дверь и я, подумавшая, что это Югём или какая-нибудь соседка, уже не смотрела в глазок, а открыла сразу. Передо мной стоял Чжунэ. С огромным букетом роз, размахнувшимся от плеча до плеча парня розовато-белоснежной нежностью. Это были первые цветы, которые я видела в его руках.
— Я подумал, что ещё не дарил тебе цветов, а какие отношения без этого? — улыбнулся он. — Безумно скучал эти дни…
— Ты… ты… — запинаясь, задергала я плечом, ощущая спиной незримое пока что присутствие Джуниора. — Как ты вошёл в подъезд? — То есть, к Чжинёну у меня таких вопросов не было?
— Вошёл с какой-то бабулей. Кажется, я вызываю доверие у старшего поколения.
— Мог бы позвонить и предупредить, — говорила я тихо, всё тише, чтобы не услышал Джуниор и намекая собеседнику, что тоже не стоит шуметь, но Чжунэ не уловил моего вербального сигнала.
— Зачем? Хотел сделать тебе сюрприз…
— Чонён! — раздалось басовито из моей спальни, и я вжала голову в плечи, сморщив лицо. — А подсохший бургер можно выбросить, или ты ещё будешь его доедать? — смеясь, Джуниор вышел в коридор и, увидев меня с гостем, там же и замер. С портящимся бургером в руке. Чжунэ поднял на него свои глаза, сразу же загоревшиеся диким неистовством:
— Не понял…
— Привет, — растеряно поздоровался Чжинён. Я развернулась, встав боками к тому и другому.
— Ну… вы знакомы, в общем, — глупо пошутила я, не зная, что сказать. Всё продолжало быть невинным в моих глазах, до того момента, когда я увидела взгляд Чжунэ. Нет, ситуация не нормальная.
— Ты чего здесь делаешь? — борзо бросил наследник Ку моему другу. Тот не смутился, парировав:
— А ты чего? — Джуниор приблизился, положив на полку в прихожей проклятый бургер. — С цветами? Надо же, — он опустил взор ко мне, — Чонён, он что, подкатывает? Развернуть его отсюда?
— Что?! — с презрением взял высокую ноту Чжунэ, с такой кислинкой окинув прищуренным взглядом Чжинёна, словно тот был лакеем. — Развернуть меня? А тебе ли самому отсюда не выйти?
— Послушай, Чжунэ, я не хочу устраивать склок при Чонён, тем более в её доме, поэтому прошу тебя — уйди.
— С какой стати? — уставился на меня Чжунэ, намекая, что пора бы озвучить его права. Мне хотелось провалиться на месте. — Я пришёл к Чонён, и останусь здесь.
— Чжунэ, я неплохо тебя знаю, — снова сдержано и спокойно вступился Джуниор, — я не позволю тебе ухаживать за Чонён, ты её недостоин. Извини, но это так.
— Поздновато мне мешать, — хмыкнул Чжунэ и, не дождавшись от меня слов и действий, заявил: — Мы с ней встречаемся. — Я вздрогнула, уже не видя, а ощущая, как вперился в меня взгляд Чжинёна. Я сверлила глазами пол у себя под ногами.
