— Я-то рассчитывал, что он измотает Паласа мелкими стычками. Все-таки содержание тридцатитысячной армии обходится в астрономическую сумму, а люди и нежить там друг другу не доверяют, так что на быстрые маневры они не способны. Затянись война — и поражение Паласа было бы неминуемо.
— . но парень устроил линию обороны вдоль реки Гри и собрался вступить в прямой бой, и такой стратегический просчет несказанно расстроил нашего старого лиса, не так ли? — весело перебил Барр, — эх, жаль, что скоро некого будет противопоставить графу Ранднеру. Слышал я, что парень неплохо справился с управлением в Трентайме. Пускай это все ради хорошего урожая на следующий год, но и люди довольны. С другой стороны, ты не задумывался, что будет, если сейчас он одержит верх? Ведь тогда у Ранднера появится опасный противник. — и выжидательно поднял бровь.
Тут же схлопотав полный молчаливого неодобрения взгляд Макарова, он беззвучно рассмеялся и продолжил:
— Ну вот и я о том же! Я тоже верю в его победу! Правда, скорее всего, без чуда здесь не обойдется, но, ведь чудеса, как известно, чаще случаются с теми, кто в них верит! Так что я вот — серьезно говорю — молюсь Матери Марше! Каждый вечер молюсь о таком вот чуде и рассчитываю на ее реакцию на свои мольбы!
Макаров прекрасно понимал, что его весьма рациональный и не привыкший полагаться на молитвы друг просто шутит, но нашел такое веселье весьма несвоевременным.
И ни один из них не заметил, что их беседу подслушала готовящаяся к турниру курсантка академии.
— Фрейя, да что с тобой? — некоторое время спустя помахала рукой у нее перед глазами сокурсница, возвращая с небес на землю.
— А? Что?
— На тебе лица нет, словно дух вышибли! Или ты о мальчиках с таким лицом мечтаешь? — захихикала та.
— Д-да ч-что за. чушь ты несешь?! — тут же вспыхнула Фрейя.
За время пребывания в академии она успела убедиться, что девушки из благородных семейств намного более осведомлены и смелы в вопросах взаимоотношений полов. Пускай никто и не выходил за рамки приличий, но деревенской девушке из Бучче трудно было участвовать в таких беседах.
Но ранее подслушанное настолько ее заинтересовало, что Фрейя не выдержала и все же спросила:
— Тиша, ты не знаешь, о чем говорили те двое?
Девушка, с которой она общалась, была ее соседкой, дочерью небольшого дворянского семейства, принятой в Академию благодаря талантам в магии.
— На платформе-то? Это большие шишки, не то, что мы: по-настоящему благородные, высшее сословие. Между такими как мы и ними — пропасть, все равно что между дворянами и простолюдинами. Мы даже подойти и заговорить с ними не можем без разрешения, иначе проявим неслыханное неуважение!
И тут она припомнила о происхождении Фрейи и поспешила извиниться.
— Ой, прости, Фрейя, ты же знаешь, я ничего такого не имела в виду! Я не хотела тебя обидеть! А вообще-то, в любом случае не стоит обсуждать их разговоры, тем более подслушанном! — и утешительно добавила — а ты, кстати, когда выпустишься из Академии, будешь считаться наполовину дворянкой.
Фрейя вежливо улыбнулась такому ответу, в душе пребывая в полном смятении. О Брэнделе и что с ним — никаких новостей, и даже правящая верхушка королевства не может предсказать исход его борьбы, никто не верит в его успех. Получается, ситуация в Фюрбурге серьезнее некуда?
Рожденной и прожившей всю жизнь в Ауине Фрейе с трудом удавалось перебороть страх перед власть имущими и тем более — высшим сословием, но все, чего ей сейчас хотелось — это помочь Брэнделю. Вот бы отрастить крылья и полететь к нему, и если не помочь, то хоть умереть, сражаясь бок обок.
Мысли смешались: она не знала, что и думать. Нахлынувшие воспоминания о прошлом одно за другим мелькали перед глазами: хорошие, плохие, противоречивые — разные, но ни разу не оставившие ее равнодушной.
Тогда, с Золотым Демоническим Древом, я отправилась за ними с Ромайнэ с самыми благими намерениями, и он меня. по-настоящему напугал. Да еще и насмехался потом над нами обеими.
Снова покраснев, Фрейя поймала себя на ощущении, что, перебирает воспоминания, словно ларчик со сладостями, выискивая самую вкусную конфету. Были там и сладкие, и кислые, и порой непонятные. совершенно уйдя в себя, она не расслышала, что ее снова зовут.
— Эй, Фрейя, твоя очередь! — окликнула Тиша, не в силах больше ждать, — да что с тобой творится сегодня?
— Н-ничего. — откликнулась та, наконец-то припомнив, зачем здесь находится. Ах да, турнир.
Слегка скованно подняв копье, она встретилась взглядом с округлившей глаза Тишей.
— Сейчас у нас вообще-то тур на мечах — недовольно прокомментировала соседка.
— аа! –от стыда за такую рассеянность Фрейей внезапно захотелось зарыться поглубже и не показываться.
— Ладно, не заставляй себя, — со слегка взволнованным вздохом ответила Тиша — помни, главное — хороший результат. Хотя не знай я тебя получше — решила бы, что ты помешалась на этом парне!
