Со вздохом оглядевшись по сторонам, она обнаружила, что все остальные не сводят с нее глаз, ожидая, дальнейших действий. Набравшись наконец смелости, она подошла поближе к мечу и взялась за рукоять. По телу тут же побежали мурашки. и она слегка потянула на себя.
Случившееся дальше можно было назвать только чудом: глубоко вонзившийся в основание подмостков меч с легкостью освободился из каменного плена, выпуская напоследок веер из сияющих лучей. Обломки камня отпали один за другим, являя миру простой золотой меч чуть больше метра длиной.
С рукоятью в виде распростертых крыльев и ослепительно сияющей бриллиантовой эмблемой в виде львиного сердца.
Принцесса
— Львиное сердце! — удивленно взвизгнул великий мастер Флитвуд, совершенно неподобающим для уважаемого в королевстве человека и наставника принцессы образом.
— Нет, не совсем. На вид отличается от исторических описаний, и думаю, с некоторыми изменениями под влиянием Законов, — возразила принцесса, сохраняя намного больше спокойствия. В лице она не изменилась, но в неотрывно следящих за мечом у Фрейи в руках серебристых глазах плескался живой интерес.
— То, что мы наблюдали до этого, напоминает пробуждение линии крови, не так ли? — спросила она у Обербека.
— На вид оно.
— Что ж, ожидаемо: Эвертон был далеко не прост, и его потомки наверняка тоже. Давайте-ка к ней присмотримся.
— Конечно же: для этого достаточно и одного Львиного сердца, не говоря уже об остальном, — согласился Обербек, с ухмылкой добавив, — подумать только, как эти северные лорды запаниковали при появлении меча. а что с ними сталось, когда тот выбрал владельца!
— Но для начала нужно убедиться, что девчонка на нашей стороне, — слегка взволнованно добавил один из дворян, — если Львиное сердце окажется не в тех руках.
— Не стоит беспокоиться. Фрейя — девушка простая, и я верю, что она на нашей стороне, — отрезала принцесса.
— Да, ваше высочество.
Но Обербек лишь окинул ее внимательным взглядом многое повидавшего человека.
А вы уверены, что на „нашей“, ваше высочество? — задался он вопросом про себя.
Принцесса, медленно остывая и анализируя происходящее, лишь криво и неуверенно улыбнулась. Ей вдруг вспомнилось предыдущее событие с Львиным сердцем и тем молодым рыцарем: нет, сейчас совершенно точно не угадаешь, какая судьба ждет это королевство, и что станет с этими двумя его подданными. да и всеми остальными тоже.
Если Львиное сердце попало в эти руки. Неужели это кара Матери Марши за то, что все мы предали древние клятвы? И каким образом он, тоже избранный мечом, ее избежал?
Фрейя
— Сир Майнилд
Молодая женщина, с усилием оторвав взгляд от сияющего меча, та подняла его звавшую ее Фрейю и постаралась прислушаться, несмотря на смятение.
— Ээээтот меч. — неуверенно начала та, все еще думая, что спит и ожидая, что того гляди проснется.
Этот меч — совершенно точно не простое оружие, и почему вдруг нечто столь выдающееся выбрало ее? Спокойствия это не добавляло.
— Он твой, — просто ответила Майнилд.
— Но. Это же.
В голове разом всплыли, приводя Фрейю в полное смятение, все известные ей легенды о Львином сердце. Ее, выросшую на них коренную ауинку, приводила в трепет сама мысль о возвращении того самого меча древнего короля Эрика. Не говоря уже о том, что она может иметь к нему хоть какое-то отношение — все это происходило словно не с ней.
— Фрейя, когда-то я знала одну очень похожую на тебя девушку. Упрямую, знающую, чего хочет и верную своим идеалам, — неожиданно для самой себя продолжила Майнилд, — я тогда была еще совсем молодой и обожала ее, почти боготворила. Так вот, меч у нее очень напоминал тот, что сейчас у тебя в руках.
— Что? — непонимающе переспросила Фрейя.
— И был он даже острее твоего, но не настолько искусной работы. А знаешь что, этот меч тебе идет гораздо больше, чем ей! Кто знает, быть может, однажды он изменит мир!
— Ч-что это з-значит? Я не совсем понимаю, сир Майнилд.
— Начнем с малого: почему бы не дать своему новому мечу имя?
— Но разве это не. Львиное сердце?
— Так назывался меч короля Эрика, но этот меч — более не он.
— Тогда как же. Как же мне его назвать? Таланта к красивым словам у меня нет, — взволнованно шепнула Фрейя.
Майнилд, почти посочувствовав бедному Львиному сердцу, попавшему в ее руки, с легким вздохом предложила:
— Как насчет Янтарного?
— Янтарь?
— Янтарный меч. Помнишь, как в киррлутцской Небесной поэме: легендарный меч, вступивший в схватку с судьбой. Владевший им рыцарь разрубил небеса, выпустив на землю звездопад, и это ознаменовало начало второй эпохи.
Обняв меч, Фрейя почти уверенно кивнула:
— Да. Янтарный меч — прекрасное имя.
Поняв вдруг, что девушка в очередной раз была с ней полностью честна и не покривила душой, расписавшись в отсутствии таланта к красивым именам, Майнилд снисходительно покачала головой и развернулась, собираясь уйти.
— Прошу вас, сир Майнилд, подождите, — снова позвала Фрейя, — а что. случилось дальше?
— Дальше?
— Простите. Я про ту девушку, которую я вам напомнила, что с ней случилось?
