Вот черт. Девушка была удивительно высока для японки, и была выше меня на две головы, так что её грудь была примерно на уровне моих глаз.
А если учесть непредставимое для средневековой Японии декольте… Мне конец.
— Я… — от первого удара я успел уклонится, спасибо тренировкам.
Отпрыгнуть, перекатится, пропуская над головой второй, врезаться спиной в стену. Вот черт.
Откуда у этой психопатки катана? Это же статусное оружие. Ладно ещё Нобуна лично, глава рода, но сторонняя девчонка с самурайским мечом?
Хорошо ещё не стала доставать из ножен, видимо, не хочет имущество портить.
И даже глаза не используешь — она, черт возьми, в своём праве. Это же гребенное Средневековье, тут один взгляд на грудь вышестоящей девушки — преступление.
— Про… — следующий удар пришёлся по челюсти, отбивая её в стену.
Ну вот что за хрень, а? Если переживу ещё и это — вообще глаза завяжу, и идите к черту с вашими ультрапуританскими взглядами.
В глазах погасло.
Незнакомый потолок.
Странно, но было первой мыслью, которая пришла ко мне в голову, когда я пришёл в себя. Щербатый тёмный деревянный потолок, такие же стены безо всяких украшений. Маленькая комнатка два на два метра, в которой хватило места только на мешок с соломой и небольшое свободное пространство перед дверью.
Голова раскалывалась и слегка кружилась, а при попытке встать руки затряслись, отправив меня обратно.
Краткое ощупывание карманов показало, что нож у меня отобрали, как и мешочек с деньгами. Ну, не жалко, там и была то горсть монет.
И я, похоже, добегался. Конечно я без вопросов сумею разрезать стены ногтями, но вряд ли так просто получится отбиться от стражников.
Остаётся надеятся, что Нобуна не позволит так просто казнить своего личного архивариуса, и меня все-так не убьют.
Стоп.
Что делает бумага и тушь в камере заключённого?
Я схватил верхний лист из стопки, бережно сложённую у двери.
Там было всего одна фраза.
'Сиди спокойно'.
Мать твою, Нобуна, ты могла хотя бы предупредить? Я же чуть ту девчонку на ломтики не порезал.
Ладно. Меня как минимум не кинули, а просто убрали в безопасность с глаз подальше, пока разбираются с заговорщиками.
Но черт возьми, можно было и послабее бить.
Забавно. Перед самым важным событием в своей жизни я чувствовал… Скуку.
Все уже просчитано и продумано. Все обговорено и согласовано. Должности, титулы, земли и золото — все, что должна принести мне победа, уже распределено.
Старик Хаяси вечно твердил что это — моя судьба. Все, что принадлежит дому Ода — принадлежит мне. Тем забавнее было узнать, что отец изволил умереть раньше, чем я достиг нужного возраста, и власть отошла не мне.
Девять лет — возраст слишком маленький, чтобы править, но достаточный, чтобы понимать. И действовать.
К счастью, мой враг оказался… Не глуп. Излишне резок. Набуна сама сделала за меня большую часть работы, настроив против себя большую часть старейшин. Своим открытой увлечением варварской культурой, своим презрением к традициям… Всем, на чем строилась власть старейшин.
Неудивительно, что они возненавидели её и приползли ко мне, клянясь в вечной верности и преданности. Забыв, кого назвали их дайме.
Хорошо для меня. И глупо для них.
Забавно, но сначала я её ненавидел. Днями напролёт избивал подобранной под рост катаной специально изготовленную мишень. Хаято говорил, что так результаты были гораздо лучше обычных. Не знаю, я разницы не замечал. Целыми днями я думал о происходящем. Изучал её действия, цель приказов и ход мыслей. И в какой то момент осознал, что перед каждым решением сначала думаю, как поступила бы она.
Забавно. Моим первым наставником невольно стал человек, отобравший у меня все.
Пять лет переговоров, убеждений и интриг. Пять лет улыбок, тайных убийств и тихого бешенства от взглядов на нее, сидящую на месте дайме.
Это моё место. Это моя судьба. Это моё право.
И сегодня я его верну. Или отберу, если придётся.
Замок обшарен сверху донизу. Смешанная стража из преданных мне и ей самураев не позволит убить меня, а разведка не сообщала ни о каких крупных отрядах вблизи.
Ты придёшь говорить. Возможно даже веря, что сможешь настоять на своём.
Тем разрушительнее будет разочарование.
— Ода-сама, ваша сестра… — кивка достаточно, чтобы слуга исчез. Значит вот оно.
Ты входишь быстро, но не торопясь. Так, чтобы не тратить лишнего времени, но не нарушить приличия. Золотые волосы, уложенные в странную версию высокого хвоста хлопают по спине, ярко поблёскивая светом свечей. Парадное красное кимоно обтягивает гибкое тело со слишком широкими от постоянных упражнений с мечом плечами, впрочем, не делая его менее прекрасным.
Яростный блеск во взгляде, рука, лежащая так, чтобы в любой момент дотянутся до катаны… Все, как я и представлял.
Дверь закрылась, отсекая нас от остального мира. Никто не посмеет вмешаться в этот разговор.
— Ты звал меня, брат. — разумеется. И именно поэтому ты пришла сюда взяв самый минимум охраны.
Расчёт или простое доверие? Неважно. Я не собираюсь нападать.
