Иногда полезно держать подругу детства своего противника рядом с собой. Особенно, если при этом она искренне считает что действует во благо своего настоящего сюзерна.
Игры дилетантов в шпионов так забавны.
Ночь полна ужасов. Никто не знает, что происходит за закрытыми дверьми и на темных дорогах. Никто не вмешивается.
К счастью, от меня это и не требовалось. Только обеспечить безопасность встречи брата и сестры Ода. То есть то, чем занимаются без малого четыре сотни человек во всем замке.
А это значит смотреть в плохо освещенную факелами тьму, скучать, и вспоминать.
— Проходи, Кацуи. Рада тебя видеть. — такое старое и такое новое помещение. Набуна не сделала ничего, что могло бы осквернить память её отца, но немного сменила цветовую гамму оформления, буквально показывая, что приемный зал главы дома теперь принадлежит ей.
— Благодарю, Ода-сан. — девушка поморщилась, сверкнув золотом волос. Живот стянуло в ком.
— Кацуи, пожалуйста, хватит. Мне хватает официоза в жизни, чтобы я успела устать от него. Я не хочу слышать от тебя это обращение. — остаётся только кивнуть.
— Хорошо, Набуна. Могу я узнать, зачем я тебе так резко понадобилась, чтобы отрывать меня от охоты? Ты же знаешь, я гоняюсь за этой бандой уже две декады. — предлог, конечно. Только на охоте я чувствую себя живой. Но ей незачем об этом знать.
— Я уверена, что твой отряд справится с горсткой крестьян и без тебя. — она вздохнула. — Мне нужна помощь. Нобуюки устроил на меня очередное покушение.
По жилам скользнула холодная волна. Тише, Кацуи, ты уже взрослая девочка.
— Как я понимаю, оно не увенчалось успехом. — увы или к счастью. — Да и с каких пор тебе нужна помощь в таких делах?
Раньше с подобным она справлялась сама.
— Дело… Деликатное. Мне нужно, чтобы предполагаемый исполнитель был взят чисто и без повреждений. — ого. И с каких же пор с этим не справится простой самурай?
— Он сражается настолько хорошо, что не справится даже полный отряд? — вряд ли. Хотя… Бывают ситуации, когда можно убить, но не взять живым.
— Нет. Он вообще не будет сражаться. Но мне нужно, чтобы это было сделано так, чтобы это было невозможно связать с готовящимся покушением. Повод подбери сама. — очень, очень странно.
— Он настолько ценен? Что тебе вообще нужно, Набуна? — мне стремительно надоедал этот разговор вокруг да около.
— Мне нужно чтобы его заперли в каземате, по нелепому поводу, который выглядит случайно. И сделать это в тайне. — вот теперь понятно.
— Если тебе нужно просто обеспечить ему безопасность, могла бы просто приставить охрану. — а не отзывать меня с охоты.
— Не варвару и не в этой ситуации. — Набуна посмотрела на бумаги. Понятно. Разговор окончен.
— В таком случае, до встречи. — поклонится, как бы она не морщилась, выйти.
Значит, случайный повод для мужчины варвара? Понятно. Это не сложно.
К горлу подкатил ком, а жилы снова налились холодом.
Да. Это правда не сложно.
Личный архивариус, варвар, не выходит из комнаты. Понятно. Зная интерес Набуны к варварской культуре, она сделает все, чтобы обеспечить безопасность своей новой игрушке.
Внутренний двор перегружен людьми, идти ему придётся через коридоры.
Архитектура внутренних помещений очень проста, если в ней разобраться. Для удобства защитников при штурме из каждой комнаты можно выйти только в следующую комнату, так что заблудится тут практически невозможно.
А значит варвар выйдет примерно здесь.
Одетое кимоно открывает достаточно, чтобы справедливо признать себя оскорбленной при любом взгляде.
Посидит в тюрьме пару дней, ничего страшного.
— Прошу прощения, кидзе-сама, не могли бы вы сказать, в какой стороне я могу найти додзе?
А вот и он.
— Иди вперёд и чуть правее. — сблизился ещё сильнее, поравняться — хватит одного удара.
Низкий светловолосый парень лет четырнадцати на вид, в странной одежде.
Холод не просто течёт по венам, само тело будто обратилось в лёд.
— Могу я узнать, куда ты пялишься, гайцзин? — просто чтобы пояснить происходящее.
Взгляд, упершийся в грудь.
Руки сами легли на рукоять катаны. Удар, способный проломить стальной нагрудник, прошёл мимо.
Совсем чуть-чуть — перед ударом пальцы дернулись, пытаясь сдержаться, но не находя причины. Это не Нобуюки.
Второй удар, продолжающий первый и зажимающий врага в угол. И тут же третий, снизу вверх, врезаясь в беззащитную челюсть и вбивая голову в стену, разливаясь тонкой струей крови.
Миг промедления, просто чтобы прийти в себя после срыва.
Набуна хотела, чтобы он остался жив.
Проверить дыхание.
Жив. Отлично.
Лёд постепенно разжимал зубы, и я снова смогла нормально соображать.
— Этот человек оскорбил меня. Швырните его в казематы. — сбежавшиеся на шум стражники только кивнули. Здесь и сейчас я могу им приказывать, но презрения от этого становится не меньше.
Пусть. Что мне их презрение — никто не выстоит и секунды в настоящем бою.
Теперь этот варвар окажется в безопасной и сухой тюрьме, даже с бумагой, если я правильно понимаю его назначение. Работа выполнена.
Не было даже малейшего удовлетворения.
