Судя по тому, что я могу говорить, и перекосило только лицо, это было микро-инсульт, и ничего особенно страшного не произошло, так что оправиться я должен достаточно быстро.
Повисло молчание. Девушка явно о чем-то напряженно думала, а я пытался не зашипеть от ставших сильнее волн боли.
— Сколько раз ты сможешь повторить… Это? — похоже, слов для описания произошедшего она не нашла.
Я усмехнулся. И ведь сама догадалась, что полностью я уже не восстановлюсь… Хотя, после моей слепоты, для этого не нужно так уж много серого вещества.
— Не знаю, Ода-сама, — я задумался. — Зависит от того, насколько сильно я буду напрягать глаза, и насколько быстро проявится эффект от потери сосудов.
Мне так кажется. Микро-инсульт ведь опасен даже не столько сам по себе, сколько из-за наступающих последствий. А ведь у меня будет череда из таких инсультов… Мда. Интересно, сколько я с такими нагрузками вообще проживу?
Тише. Нобуна — не тот человек, рядом с которым я могу позволить себе сорваться в истерику или саможаления. Она будет требовать от меня все, что я могу дать, и немного больше этого — ведь она и сама выкладывается так же. Даже представить себе не могу, чего ей стоило удержать войска и совет от побега с криками "шеф, все пропало". Все-таки три тысячи против двадцати пяти… Не могу винить тех, кто перешел на сторону Имагава. Те же коменданты, сдавшие вверенные им пограничные замки. Интересно, Нобуна их казнила или изгнала?
— Хорошо… — повисло молчание. — С этого дня ты мой официальный советник, по… — ее голос слегка исказился, как всегда бывает, когда я слышу непереводимое выражение. — Магической части.
Ого. Из непонятных экзотических зверушек в ближайшее окружение…
— Не будет ли у этого… Нежелательных последствий, Ода-сама? — иными словами — не прирежут ли меня к чертям при первом официальном появлении на совете.
— Нет. — ее голос был настолько уверенным, что было понятно — она не знает. — К тебе в любом случае приставят охрану и проводника, но не рекомендую покидать свои покои без особых причин. — она задумалась. — Кроме того, с этого дня твое жалование — 100 коку. Вести твой счет и жалование будет Нива, разбирайся с ней сам.
Так… Один коку — столько риса, сколько один взрослый мужчина съедает в год. То есть что-то около ста пятидесяти килограмм, если мне не изменяет память. Мда. Нобуна чертовски верно поступила, повесив это на Ниву — все равно я за территорию дворца не выберусь еще очень, очень долго, а ей, управляющей всей экономикой Овари, вряд ли есть смысл обманывать меня с жалованием. Эх… Найму писца, и наконец-то перестану насиловать себя с написанием вслепую. Точнее, буду, но только для самых секретных знаний. А в остальном… Историю насуверса надиктую, что ли. И нужно попробовать создать подобие благотворительного фонда, хоть бы и оплачивающего исключительно лечение — пусть работает.
— Благодарю, Ода-сама. — я и правда был благодарен. Мне подарили все, в чем я нуждался, и даже больше — официальную должность, к которой прилагается официальный протекторат, положение и деньги. Теперь я могу без опаски спорить на совете, или даже затыкать Кацуи — мое положение при дворе позволит это. Хах, да я и дополнительно платить назначенной Нобуной охране смогу, просто для дополнительной мотивации. А жизнь то налаживается.
Как ни странно, но убитые люди меня почти не волновали. Права была Реги, когда говорила, что с каждым разом это становится все легче и легче.
— Отдыхай… Даисуке-сан. — судя по ее тону — это мое окончательное имя. "Великая помощь". Что же, это… Приятно. Да и получить имя из рук дайме — великая честь.
Так, раз она не озвучила фамилию, значит, я имею право выбрать ее самостоятельно. Хотя какая к черту фамилия, в это время это родовое имя. Родовое… А, плевать.
— Реги Даисуке, Ода-сама. — эта фамилия ничуть не хуже других, да и связывает меня с Шики довольно многое.
— Хорошо. К тебе зайдет Нива, когда освободится. Я освобождаю тебя от любых обязанностей на ближайший месяц — потрать его на восстановление. — на этих словах шаги девушки стали затекать, и я расслабился. Разговор оказался неожиданно приятным, да и в целом… Черт, я ожидал допроса, а не подарков. Ладно. Имя это, конечно, хорошо, а деньги с должностью еще лучше, но лучше бы мне выспаться — неизвестно, сколько прошло времени после битвы, и когда Нива освободится. Подозреваю, что у нее сейчас тот еще аврал.
В следующий раз меня разбудило вежливое покашливание. Очень и очень знакомое, между прочим.
— Добрый… — понятия не имею, какое сейчас время суток. — День, Нагахидэ-сан.
Я попробовал встать, и в этот раз это даже получилось — конечно, меня пошатывало, да и при попытке пройти хотя бы на шаг вперед меня отчетливо унесло куда-то влево… или вправо, я уже ни черта не понимаю. Я оперся на стену и посмотрел куда-то в сторону раздавшегося покашливания.
