Звук хлынул абсолютно внезапно— как если во время шторма стоять спиной по колено в море и волна абсолютно неожиданно накрывает тебя с головой. Вернулся слух— исчезло зрение. Вспышки света стали темнеть, и вскоре перед глазами опустился черный занавес.
Кто-то ударил меня по щеке, — мысли и слух и зрение и все, что надо, хлынули в меня обратно— как заполняются легкие воздухом, когда выныриваешь на поверхность после долгого пребывания под водой.
Это была она. Америка. С Локи.
И вместо того, что должен был сказать, в ответ на ее испуганный взгляд, я только равнодушно пробурчал:
— Я тебя ненавижу.
А потом исчезло все и сразу— и зрение, и слух, и мысли. Плохо только, что не исчез я сам.
Очнулся я вообще неизвестно где. Стоило мне попытаться подумать, как все тут же поплыло перед глазами. Я хотел застонать, но рвота подступила ко рту и пришлось изо всех сил сдержаться.
— Проснулась, спящая красавица. Доброе утро.
От этого голоса у меня мурашки по коже пробежали. Холодный и бесчувственный, ясный, спокойный— на меня тут же хлынули воспоминания о том времени, когда я был в изоляторе.
Ник Райсер.
Я перекатился (с превеликим трудом!) на спину и скосил глаза туда, откуда исходил голос. На стуле возле кровати сидел красивый брюнет— ну да, тот самый преступник Райсер.
Преступник. Дыхание перехватило от ужаса. Куда я попал?! Боже, я в руках бандита. Вот жопа, а.
Я еле как сел в кровати. Его темные глаза впились в мои. Мне казалось, я смотрю в плохо освещенные тоннели, и чем дальше я туда пялюсь, тем темнее они кажутся.
— Как… Где я? — хрипло спросил я. Райсер обвел руками комнату.
— У меня. Считай, у меня дома.
Пулей в мозг меня пронзило воспоминание— Америка и Локи.
Я заскрежетал зубами. Вот как эта шлюшка отплатила! Вот как она доказала свою любовь!
Я вновь посмотрел в глаза Райсеру. Он ждал вопросов, а получил требование:
— Немедленно расскажи, что к чему.
— Какой ты резвый, — по его лицу скользнула уже знакомая мне ухмылка. Это напоминало Локи и я зло шарахнул кулаком по подушке:
— Все! До единого слова!
— Ну как хочешь, — Райсер закинул ноги на тумбочку. Мне не понравилось то, что его пальцы ног были ближе ко мне, чем его лицо.
— Итак, ночью ты пошел искать свою подружку и набрел на дом, где шла вечеринка. Я заметил тебя сразу же— ты искал свою Америку. Я видел, что она пришла с другим парнем и судя по всему сейчас они с ним же и развлекались. Мне стало тебя жалко и я подкинул тебе бутылку вина, где была растворена таблетка экстази, но ты так удачно упал на дверь… Застал сладкую парочку во вдохновляющей позе и вскоре вырубился. Такие дела.
Значит, я был прав. В вине был наркотик…
Я потер виски.
— Зачем? Зачем тебе понадобилось это делать? Ты видел меня всего раз в жизни.
Райсер посмотрел на меня еще внимательнее. Это и раздражало, и смущало одновременно. Он небрежным движением изящной руки откинул со лба темные пряди и подался вперед, чуть сдвинув брови:
— А зачем тебе это знать?
Я мог на это сказать только «да так, просто».
— Мне нужно это знать.
Моя настойчивость была похожа на цветок без корня. Он пока еще цвел, но его конец был близок— не было корня, опоры. Так и у меня. Под настойчивостью не было уверенности в себе, так что при желании Райсер со своей тяжелой энергетикой мог меня просто уничтожить.
Но он не стал. Снова откинулся назад, выпрямилась спину. Я подумал, что его прадеды и прабабушки точно были аристократами— хоть внешне Ник мог показаться грубым, обычным уличным парнем, он также был изящен и высокомерен.
— Я не буду вдаваться в подробности, но я просто хочу, чтобы вы не расставались. Вы очень хорошая пара. Но, судя по всему…
Он врал, я это видел. Но внезапное головокружение отбило всякую охоту искать правду.
— Где сейчас они? — спросил я глухо, закрыв глаза.
— Америка и Локи? Точно не вместе.
— С чего бы тебе знать.
— Ты потом все поймешь.
— Потом? Мне надо сейчас, — процедил я сквозь зубы. Очень болела голова, а этот безжалостный голос никак не хотел замолкать.
— Я тебя хочу… Не попросить, а скорее, подсказать тебе. Начинай с Локи, понял?
Он говорил таким тоном, что мне захотелось подчиниться. Но нет.
— Конечно, не Америке же я зад надеру.
Райсер засмеялся. Я искренне удивился, услышив его смех— заливистый, легкий, никак не соответствующий его манерам и повадкам. Так смеются обычные мальчишки-студенты, которые подмигивают девушкам в парке и курят за углом, оглядываясь, не идет ли кто.
— Хах, парень, ты хочешь без слов сразу к делу. Так не пойдет.
— Да что такого и откуда ты знаешь, что так говоришь?
— Я— старший сводный брат Локи.
От этой новости я открыл глаза и посмотрел на Ника так, словно он спустился с небес.
Райсер вновь засмеялся, глядя на мое удивление.
— Да-да, Джеймс. И зная своего сводного брата, я все-таки бы хотел, что бы с Америкой был ты, а не он. Но рожу ему бить тоже не рекомендую. А то вдруг у меня проснутся братские чувства.
Он вышел из комнаты.