– А были... были какие-то зацепки? – Он вдруг почувствовал себя копом из телевизора. И решил переформулировать вопрос. – Полиция подозревала, что было совершено преступление? – Но прозвучало еще хуже.
– Полиция подозревала зятя моего долбанутого, отца без родительских прав. Он настолько долбанутый, что вполне мог сына выкрасть. Может, и правда выкрал. Сестра живет в городке в Норт Вудс. Маленький такой, милый, симпатичный городок, там даже двери никто никогда не запирает. – Она вздохнула, покачала головой. Чашку она держала обеими руками. – Ты уверен, что в тебе нет индейской крови?
– Мне, по крайней мере, об этом ничего не известно. Может, и есть. Я почти ничего не знаю об отце. Хотя, думаю, мама бы мне сказала, если бы он был индейцем. С чего бы ей скрывать?
Сэм опять скривила рот. Она осилила шоколадный торт едва до половины: кусок был размером с пол ее головы. Она пододвинула тарелку Тени.
– Хочешь?
– Не откажусь, – улыбнулся он и доел торт.
Официантка принесла счет, и Тень расплатился.
– Спасибо, – сказала Сэм.
На улице холодало. Мотор прочихался как следует и только после этого завелся. Тень дал задний ход, вырулил на дорогу и поехал на юг.
– Ты когда-нибудь читала Геродота? – спросил он.
– Что? Кого?
– Геродота. Читала его «Историю»?
– Знаешь, – задумчиво произнесла она, – я что-то не врубаюсь. Ты откуда слова такие берешь? Ты о чем вообще? Сначала молчишь как пень, потом мысли мои дурацкие читаешь, а потом вдруг мы ведем беседу о Геродоте. Нет, я не читала Геродота. Что-то слышала. По национальному радио, наверное. Это его, кажется, называют отцом лжи?
– Я думал, так дьявола называют.
– Да, и его тоже. По радио, короче, рассказывали, что у него гигантские муравьи и грифоны охраняли золотые прииски и что Геродот, типа, всю эту дурь сочинил.
– Не думаю. Он описывал то, что слышал от других. Вроде как просто фиксировал чужие истории. И по большей части весьма неплохие. Там есть множество странных подробностей. Например, может, слышала, в Египте, если умирала очень красивая девушка или жена правителя, или типа того, ждали три дня и только тогда отправляли ее к бальзамировщику. Чтобы она сначала подгнила на жаре.
– Зачем? Ой, подожди! Я, кажется, догадываюсь, зачем. Фу какая гадость!
– Еще он пишет про битвы и вообще про самые обычные вещи. А еще про богов. Один парень побежал домой, чтобы сообщить об исходе сражения, бежал, бежал и тут видит – Пан на полянке. Пан ему и говорит: «Передай своим, чтобы они построили здесь храм в мою честь». Ну, парень ему пообещал и дальше бежит. Добежал, рассказывает, чем битва кончилась, а потом говорит: «Да, чуть не забыл, Пан хочет, чтобы ему посвятили храм». И это, понимаешь ли, сухие факты.
– Истории про богов, значит. И что ты этим хочешь сказать? Что у этих чуваков были глюки?
– Нет, – сказал Тень. – Я не об этом.
– Я книгу одну читала про мозг, – сказала она, скусывая заусенец. – Мне ее соседка по комнате дала, все уши про нее прожужжала. Там говорилось, что, типа, пять тысяч лет тому назад полушария головного мозга слились, а до этого люди думали, что если правое полушарие дает тебе какой-то сигнал, то это значит, с тобой разговаривает один из богов и внушает, что делать. Все дело в мозге.
– Моя теория мне больше нравится, – сказал Тень.
– Что за теория?
– Что раньше люди время от времени действительно сталкивались с богами.
– Н-да?
Повисла тишина: если не считать дребезга машины, гудения мотора и нездорового рычания глушителя. Потом Тень услышал:
– И ты думаешь, они до сих пор здесь?
– Где?
– В Греции. В Египте. На островах. Во всяких таких местах. Ты думаешь, если пройти по тем местам, где ходили эти люди, то увидишь богов?
– Может быть. Только мне кажется, люди не понимали, кто перед ними.
– Да это все равно что инопланетяне, спорим? – сказала она. – Теперь люди видят инопланетян. А раньше видели богов. Может, инопланетяне тоже засели у нас в правом полушарии.
– Что-то я не припомню, чтобы боги у людей кишки на анализы брали, – сказал Тень. – Или скот увечили. Наоборот, это люди им в жертву скотину забивали.
Сэм хихикнула. Несколько минут они ехали в тишине, а потом она сказала:
– Слушай, я тут вспомнила свою любимую историю о богах из начального курса сравнительного религиоведения. Хочешь расскажу?
– Валяй, – сказал Тень.
