– Она пнула ногой стенку отсека, и вскоре была уже на подлете к пристегнутому Завирдяеву.
– Я уже стал волноваться, что вы про меня забыли, что решили оставить в покое. В вашем чемоданчике есть что-нибудь такое? Снотворное какое-нибудь? Только не хлороформ.
– Это вы к чему про хлороформ?
– Это мне навеяно вашим стилем работы. Несколько грубоватым.
– Вот тут вы угадали. На вашей Земле, к примеру, есть ваши боссы, есть еще кое-какая разумная жизнь о которой вы не знаете. И у всех свои приемы. Ваши большие люди просто хитростью умом и социальными механизмами сосредоточили себе всю власть. Кто-то вторгается в сознание, причем несколько бесцеремоннее, чем это делаю я. Ну а моя фишка это… Как в думаете что?
– Что? Гравитация что ли?
– Ну нет, я не про то. В таком, человеческом понимании. Ну вот у одних хитрость, у кого-то обман.
– А у вас?
– А у меня грубая сила. Кто бы мог подумать, да? Только я не могу похвастаться такими прецизионным вещами, как, например, танк подбить, да и не хочу.
– Да, пусть люди и дальше гибнут, раз не хотите.
– Интересно, как бы она выглядела в бою, и что бы сделала? Неужели и вправду могла бы обратить в бегство целую армию? – подумал Завирдяев.
– Не изображайте, что вы тупее чем есть. А то вы посмотрите на него! Тупости на пол-котелка, а хочет показать, что на весь.
– Спасибо. Вы научились отлично разговаривать, – сердито проворчал Завирдяев.
– Спать вы, как я поняла, расхотели. Сейчас я вам помогу, – с этими словами она начала стягивать чехол с его головы. Завирдяев хотел это как-то ехидно прокомментировать, эту бесцеремонность, но решил не утруждать себя даже этим и перенес все молча. Тем временем пальцы исчезнувшей где-то Ландскрихт обхватили его виски.
– Закрывайте глаза и засыпайте. Вы же конечно не запоминаете как засыпаете?
– Вы удивитесь, но нет, и никто не запоминает.
– А теперь молча лежите и ничего не отвечайте. Буду считать, что вы согласились. А у нас все таки общие воспоминания кое-какие есть. Помните, мы ходили на праздник в СФС… Зачем им было все перекрывать?
– Завирдяев вспомнил, как года с полтора назад потащился на уличное сборище, устроенное "Комбатом" СФС. И Ландскрихт тоже там была… Нога Завирдяева резко отдернулась от чего-то. Было совершенно очевидно что это был один из таких рывков, которые бывают при засыпании. Но слишком уж быстро это началось. Голова наконец-то стала тяжелой и открывать глаза не было к никакого желания. Командный отсек то и дело издавал свои сигналы – отрывистые гудки, как в телефоне, и всевозможные попискивания – так в частности отмечалось облучение большими радарами противоракетной обороны. Хотя было несколько странно, откуда эти звуки доносятся здесь, на главном проспекте этого сраного СФС, по одну сторону которого мела метель – дело было не удивительное -такое часто случается взамен дождя. Завирдяеву захотелось зайти в какой-нибудь магазинчик и набрать целую сумку разного пойла – путь предстоял неблизкий. Вроде рядом была какая-то баба, хотя хрен с ней. Сейчас он один сядет на нужный автобус и уедет из этой жопы навсегда. Вроде бы он, этот автобус останавливается вон там…
Глава 52.
Задников в который раз оглядел непримечательный вид за окном, потом начал неуклюже перекатываться с кровати – просто так встать он не мог – это было довольно болезненно. В очередной раз он отогнал от себя мысль, что он уже мертв – так не долго было тронуться умом. Несмотря на это детали того, как он непостижимым образом подбил дроны, да и вообще события всего провальной вылазки всплывали в его памяти снова и снова.
Когда к объекту, к группе зданий, которую атаковала его группа, прилетели вертолеты, стало понятно, что ничем хорошим вылазка не закончится. Потом его отряд был рассеян, а машины, ожидавшие на своих далеко отстоящих позициях были уничтожены противотанковыми ракетами – это он увидел через свой разведывательный дрон, от которого уже было мало проку – стало совершенно очевидно, что его и его людей в тупую сливают, а значит это конец.
Тем не менее оставшийся без связи с уцелевшими Задников решил не ждать конца, а прорываться прочь из сектора. Четкого плана у него не было, но он решил, что если он будет застигнут, то убит он будет если не отбивающимся, то удирающим.
Первый дрон, который его засек отстрелялся из автомата, что был закреплен на его подвесе. Таежные ели и заросли выступили друзьями Задникова, не позволившими дрону снизится, рассмотреть цель и бить прицельно. Потратив свой боекомплект, гад отвалил. Однако по большому счету это ничего не меняло – сектор был окружен и они могли охотиться на уцелевших хоть месяц – результат был бы неизменен. В городских кварталах было бы легче исчезнуть.