Завирдяев, деланно недовольно вздохнув, вытянул правую руку по направлению к Ландскрихт. Расстояние до Земли сокращалось теперь уже практически на глазах. Сокращалось оно, разумеется, на индикаторах – рассмотреть чего-либо в окнах возможности не было.
Ландскрихт довольно крепко вцепилась в запястье Завирдяева, но ничего не произошло.
– Когда включим ионный экран, радиосвязь пропадет. Это вы знаете, – послышался голос Ландскрихт. – Поэтому часть видео будет транслироваться непосредственно, а часть с определенной задержкой, в записи. Сообщаю вам это на всякий случай, чтобы вы знали, что незамедлительной реакции на ваши… наши… мои слова может и не быть. В вас ведь не светили лазером-селектором? Знайте, что для корабля это безвредно.
Завирдяев вдруг сосредоточил взгляд, повернул голову и отыскал камеру, закрепленную чуть подать, за приборным модулем.
– Началось! – подумал он и не ошибся.
– Говорит Шеф Завирдяев, – произнес он, сам того не желая. – Как вы там внизу? Соскучились? Я вас знаю. Небось кое-кто из вас когда следил за моим полетом со включенными натриевыми фарами, ожидал, что очередная ракета MDS влетит в мою тачку? Так ведь? Ладно, шутки в сторону. Пока я летал по своим делам, я посмотрел телевизор, и знаете что? Я очень разочарован тем борделем, который вы тут без меня устроили. Когда я решил выбросить свои боеголовки, я заодно заглянул под капот и нашел там непонятную деталь. Она называется, – дальше пошли сочетания букв и цифр.
До Завирдяева тем временем дошло, что это было выведено белым на синей плате блока, отвечавшего за подрыв мины на борту шаттла – когда Ландскрихт показывала ему эту штуку, она еще вслух зачитала первые буквы. Надо было признать, объявление об обнаружении модуля и мины было обставлено не без изящества.
– Я предполагаю, – продолжал не подчинявшийся своему владельцу голос Завирдяева, – что это какое-то подслушивающее устройство. Это довольно низко не доверять человеку, который доверился вам и согласился протестировать новую машину. Знаете, что я еще хочу рассказать? – Сейчас я обращаюсь ко всем, кто сейчас смотрит мою трансляцию, а не только к тем, кто готовил шаттл. Я полетел прочь от Земли. Мне надоела эта Война. Мне надоели вы все. Я решил найти умиротворение там, – глаза сами поднялись вверх, указывая на то, что речь теперь шла о чем-то противоположном понятию "Земля".
– По пути я решил заскочить на Луну, Ведь все мы знаем, что там живут "Битлз". И Элвис – думаю, все знают этого великого чернокожего музыканта. Я хотел спросить у них, что мне делать дальше.
– Твою мать, какая же херня! -пронеслась в голове мысль у Завирдяева.
Когда дело дошло до Луны, он уже был не прочь прекратить этот фарс, однако попытавшись дернуться понял, что ничего не выходит. С одной стороны все это забавляло, но с другой окончательно хоронило серьезный имидж Завирдяева, в начале полета серьезно рассматривавшего свою персону, как лидера всемирной революции
– Однако я что-то напутал, – продолжал не подчинявшийся голос, – и моя ракета пошла обратно к Земле. Потом я понял, что набрал недостаточно скорости. Конечно, я решил все исправить и добавить газу, но бортовой компьютер не дал мне это сделать и сообщил, что так на Луну я не попаду. Самое смешное, что бомбы, которые я выкинул, скорее всего тоже летят как-то похожим образом. Хорошо, что я выкинул не все. Скоро мне надо будет включать мою подсветку, и я не смогу быть с вами, но когда я ее выключу, вы снова сможете меня посмотреть. Чуть не забыл. Мне кажется, название той штуки было не то, которое я вам продиктовал. Она называлась… – пошли очередные буквы и цифры.
– А еще, – продолжил голос, – я хочу обратиться ко всем людям… по крайней мере к Западным нациям, потому что в последнее время мне, как и многим, иногда кажется, что вне нашего Западного Сообщества вообще что-то неведомое и непонятное. Так вот, мои сограждане по Западному Блоку, хотя и все остальные тоже… В подавляющем большинстве я вас презираю. Вы, когда-то… Вы, или ваши дряхлые родители проторговались по-крупному и теперь мы живем как живем. Я полетел в космос, прекратил боевые действия на фронте, сделал это ради вас, а вы принялись с новыми силами колошматить друг друга в тылу. Вы скоты. А еще Оппенгеймер присвоил себе мои заслуги. Это я заморозил фронты, а не он. Я допускаю, что он сейчас смотрит мое выступление. Может даже сидя на толчке. Вообще у него всегда так. Вами управляют с толчка. Я вас поздравляю. Кстати, насчет моих бомбочек, то вроде бы они не причинят никому вреда, я проверил траекторию. Напоминаю это на всякий случай, чтобы вы в очередной раз убедились в моих высоких моральных качествах.
При этих словах за окном стало мерцать – включился ионный экран.
– Здорово у вас получилось! – послышался голос Ландскрихт, – с такими данными вам бы в Голливуде сниматься.
Ответить Завирдяев ничего не мог, но теперь смог повернуть голову в сторону Ландскрихт. Та смотрела в его сторону с безмятежным и радостным выражением лица.