Как показалось Драговичу, он вполне изящно заблокировал непонятному слову дальнейшее участие в разговоре. Конечно, ничего не стоило глянуть в интернете что оно значит на самом деле, Драговичу-то всегда казалось, что это что-то эквивалентное слову «шняга». Но лазить в телефоне за рулем, да еще на глазах у Лизетт, разумеется было не удобно.
— У вас в городе есть такие подрядчики? — Перевел тему Драгович, кивнув вперед, в сторону приближавшегося комплекса новеньких построек.
— Да где их только нет, ответила Лизетт. — Такие работают по налоговой франшизе. Кто от AEX кто от GBA. Только одно отличие — у нас их нет в черте города. За городом как бензоколонок. Ну может конечно меньше, чем бензоколонок, но много. Больше всего пугает то, когда задумываешься, куда это все девать после Войны…
— У вас много бензоколонок?
— Так по привычке называют заправки.
— А-а. А насчет подрядчиков — так после Войны чем-нибудь гражданским займутся.
— Хорошо если так. А если все получиться, как обычно. Столько людей на улицу выкинут!
Вновь послышалась серия ударов. Уже в который раз.
— Интересно, что они затеяли, — проговорил Драгович, поднимая глаза вверх.
Самолеты, тянувшие за собой яркие, как снег на солнце, инверсионные следы снова неслись на юг.
— И почему они растянули свое дело на весь день. — продолжал свои вопросы в воздух он. — Обычно всегда стараются ударить сосредоточенно, большой группой.
— Может это все, что здесь есть, — ответила Лизетт. — Я имею ввиду в регионе или окрестностях. Это же тыл. Вроде бы здесь много обороны и терминалов, но наступательных вооружений мало. Откуда им в тылу взяться?
— Я вижу ты в тему вникаешь, — похвалил Драгович, — но плюс ко всему у нас тут базируется и авиация национальных сил, сил России. Нравиться тут? Тут всегда движение. Если фонари белые мигают… А, вам же рассказывали…
Нравиться?! — усмехнулась Лизетт. — ну хотя да, здесь все очень защищено. Да и кто не вникает? У меня двоюродный брат воюет на ЦАФ, и он летчик-штурмовик.
— Надо же, круто! — ответил Драгович.
— Так вот, они там не летают так, как эти самолеты. Они поодиночке во основном летают. Группами, но рассредоточено. И пробираются по маршрутам, которые им штаб через интерлинк в реальном времени прокладывает. А эти несутся, как на параде. Или как над океаном. Может это новые «двести двадцать вторые»? Слышал про такие?
— Признаться, как-то упустил из внимания.
— Это современная версия старого американского F-22. Его создали сто лет назад, даже сто тридцать.
— Ничего себе. Хотя как раз про такое, что с некоторыми вооружениями это было, я слышал. С российскими штурмовиками как раз такая история.
Лизетт принялась довольно обстоятельно описывать этот F-222.
— Пересесть на такой со штурмовика — это было бы здорово, — подытожила она.
— Твой брат рассказал? — догадался Драгович.
— Да. Они, эти самолеты, уже на фронте появились. Здесь, в тылу им ничего не мешает на высоте носиться, так что может быть это тоже они. Еще он выглядит лучше, красивее. У штурмовиков оружие под крыльями. А у этого все внутри как у нормального современного самолета воздушного боя. Да он таким и был. Когда был F-22.
Бульвар, как и заполнявшие его кварталы, стал несколько шире. На железнодорожных путях, которые тут уже были очищены, стояли несколько пустых платформ — видимо, ветка все же как-то использовалась, возможно подрядчиком.
Протрясясь еще с километр, Драгович заехал на стоянку напротив светло выкрашенного монолита одного из корпусов, возведенных уже после пятнадцатого года. Здесь, в этом здании, помимо всего располагалось что-то вроде если не главного офиса, то административного блока. Автобус с остальными тащился следом.
— Знаешь, что тут танки делают, — заговорщицким тоном произнес Драгович. — Только вас туда если и пустят, то очень неохотно.
— Уже слышала, — ответила Лизетт. — Не пойму, зачем делать из этого такую военную тайну.
— Ну как же? Это уже игры разведок. Это очень сложно. Я даже и не пытаюсь вникнуть в такие тонкости.
— Да я в общем-то тоже, — ответила Лизетт, — просто как-то забавно получается. Производство деревянных танков секретнее чем реальных вооружений. Мы, кстати там должны будем побывать.
— Вот как? — изобразил удивление Драгович, которому о таком не говорили.
Хотя по большому счету он здесь был просто водителем.
— Ну так «чинки» и не должны знать, сколько на самом деле фейковых машин и где их делают и по каким дорогам возят. — продолжил он. — Это-то я как раз понимаю.
— Ну это я тоже могу себе представить.
Тяжеловесное на вид снаружи здание встретило вошедших длинным широченным коридором, уходившим чуть ли не до противоположного конца корпуса. Таков был парадный вестибюль этого построенного совсем недавно, уже в годы Войны предприятия.
Коридор был разделен по длине перегородками. В широченном проеме каждого такого препятствия стояли заслоны — рамки и неизменные столы с охранниками. Выглядело так, словно туннель был разделен на отдельные зоны безопасности, каждая из которых была более засекречена, чем предыдущая.