Карманные верующие заключают со своим богом договор о сотрудничестве: мы будем верить, что ты есть, а ты за это наши просьбы будешь выполнять. И нагружают его бытовыми просьбами: дать денег, найти жениха/невесту, успеть на самолет, избавить от болезни и прочее. С карманным богом люди торгуются как на рынке: «божечка, если ты поможешь мне в этом деле, то я взамен поверю, что ты есть, и даже буду при случае рассказывать, как ты мне помог».
Если бог хорошо справляется с поручениями, карманные верующие награждают его фразой «слава богу». Если же карманный не оправдывает возложенных на него надежд, люди сердятся на него, искренне возмущаясь в стиле: «Куда бог смотрит?!». Типа, я чо, зря в него верю?!
Карманный бог в табели о рангах ниже домового. Домовёнку хотя бы иногда дают блюдце с молоком. Карманному ничего. В него «просто верят». «…Лучше совсем без Бога, лучше на свой страх устраивать судьбу, лучше быть безумцем, лучше самому быть Богом!» (Ф. Ницше).
Надежным показателем всегда являются дела, а не слова. Если человек заблудился и не знает куда идти, его маршрут всегда хаотичный. Если же маршрут прямой как стрела, а человек говорит, что не знает цели — это показатель, что он сознательно или бессознательно себя обманывает.
Если через этот признак посмотреть, например, на людей, заявляющих себя агностиками, они говорят о невозможности иметь знание, то увидим бессознательный обман. Кто не знает, куда идти, у того не может быть целеустремленного пути. Его путь представляет хаотичное движение. Если мы посмотрим на путь агностика, то увидим, что он прямой как стрела. У рядового обывателя путь тоже прямой как стрела. Если сравним оба пути, то увидим их абсолютную идентичность — к бытовым благам, материальным ценностями и удовольствиям в моменте. Тот, кто называет себя агностиком, кладет все силы и время в том же направлении, что и обыватель, который слов таких не знает.
Кто кладет все свое время и силы на алтарь чего-либо, того называют фанатиком. Кто отдает всего себя быту, тот бытовой фанатик, по сути, ничем не отличающийся от религиозного фанатика. У них разные алтари, но суть одна — полная отдача без дополнительных стимулов. Насколько торговца не нужно стимулировать к прибыли, она для него сама по себе является стимулом, настолько бытового фанатика не нужно стимулировать посвятить свою жизнь обустройству быту.
Сознательно или бессознательно агностики обманываются, когда говорят, что у них нет знаний, образующих главную цель. Их прямой путь является неопровержимым доказательством, что у них есть ясный ориентир. Без него прямой путь и стремление идти им были бы невозможны.
Теперь смотрим на людей, заявляющих себя верующими. Берем за точку отсчета, что вера выражается в выполнении воли Бога, т.е. в выстраивании своей жизни с ориентиром на заповеди Бога. Не говорите мне, во что вы верите, что для вас высшая ценность и в чем смысл жизни. Скажите мне, на что вы тратите львиную долю своего времени и сил, и я скажу вам, во что вы верите, что для вас высшая ценность и смысл жизни.
Выполнение воли Бога — это фундамент и костяк, на который навешиваются слова, пост и обряды. Если нет фундамента, нет исполнения воли Бога, есть только слова и обряды, это не вера, а традиция, привычка, культурный код, бизнес, политика и прочее, но только не вера.
Авраам был верующим. Когда Бог велел ему принести в жертву его единственного сына, он без долгих раздумий взял сына, нож, хворост, и пошел делать то, что велел Бог. Авраам здраво рассудил, что Богу виднее, когда сын должен отправиться на небеса, сейчас или через сто лет.
Вопрос: если Бог сейчас велит верующему сделать что-то подобное, выполнит он его волю? Не выполнит. Каким образом объяснит это, не имеет значения. Для рассматриваемой темы главное, что не выполнит. Кто не готов выполнить божественную волю, того нельзя определить верующим.
Если человек верит, что пища отравлена, как бы привлекательно она не выглядела и какой бы вкусной ни была, есть он ее точно не будет. Если же ест и при этом говорит о том, что свято верит, что эта пища отравлена, на самом деле он уверен в обратном. Дела указывают на истину, а не слова.
Если человек верит, что за гробом есть жизнь, и ее качество зависит от соблюдения заповедей Бога, за их исполнение на том свете его ждет райское блаженство, а за нарушение адские муки, его главной целью и смыслом жизни будет соответствие воле Бога. Все остальное по боку.
Если апостолы всем сердцем и душой, и всем своим помышлением и существом верили, что Христос воскрес, угроза лютой казни не могла заставить их отказаться от проповеди. Если первые христиане свято верили, что поклоняться можно только одному Богу, никакие угрозы не могли их заставить поклониться римскому императору и принести ему жертву как высшему существу (в древнеримской империи император официально считался божеством и был верховным жрецом).
