В 1813 году полковник снова был в пути. Миссия его затягивалась и постепенно делалась бесполезной, бессмысленной и никому не нужной. Далеко на севере в российских степях истекла кровью Великая Армия, а Империя тратила последние силы и средства, чтобы спасти хотя бы остатки славы. Никто в Париже уже не вспоминал о восточной империи, первоочередной задачей было не допустить мстящую за годы унижений Европу на берега Сены. Про Бутена просто забыли. Но это не имело никакого значения для этого фанатика долга и обязанности. Ему указали цель, а приказ не отозвали, вот он и мчал через пустыни, горы и леса, по дорогам и бездорожью, от одного города до другого, от деревни к деревне, от оазиса до оазиса.
В марте 1814 года полковник очутился в Саиде, откуда было только несколько километров до первой "пyстыни" леди Стенхоп. Приглашение он принял, посетил нашу героиню и… остался до самой средины мая. Наконец-то у нее были такие желанные месяцы счастья. Два месяца. Всего. Эсфирь отдала в его распоряжение свою личную комнату, когда же он сообщил, что собирается отправиться в сторону Персидского залива, то молила Бутена, чтобы тот остался. Какое-то короткое время они еще переписывались, пока отсутствие ответа с его стороны не прервало корреспонденцию.
НЕ одна она удерживала Бутена от этого вояжа. Гюи, французский консул в Триполи, тоже. Хотя, с тем же самым результатом можно было уговаривать льва сделаться вегетарианцем.
О последнем путешествии Бутена нам известно немного. Из его писем в консульство в Алеппо следует, что он прошел Таурус и прочесал несколько интересующих его мест на берегах Евфрата. Можно полагать, что осенью 1815 года наш шпион действовал в районе Биреджик, в 55 километрах восточнее Айнтаба.
Эсфирь ожидала долгие месяцы в беспокойстве, усугубленном отсутствием каких-либо вестей. В октябре 1815 года ей сообщили, что на базаре в Дамаске кто-то продавал часы, узнанные как принадлежавшие Бутену. Она еще надеялась, что это вовсе не означает самого худшего, но 8 октября 1815 года французский консул в Латакии сообщил ей, что Бутена убили возле деревни Эль Блатта, в горах Ансарьех, неподалеку от истоков реки Эль Сенн, которые он собирался разведать.
Когда леди Стенхоп перестала плакать, в нее вступил воистину царский гнев и его производное – желание мести. Эсфирь считала, что ее проведут французы, только вот кому в Париже бурбонских лилий был нужен наполеоновский агент? Она поняла, что если не совершит мести сама, этого не сделает никто.
В первую очередь, необходимо было собрать точную информацию. Место самой смерти ничего не давало, относительно него кружили самые разные слухи. Говорили про Эль Блатта, но указывали и на расположенную в 6 километрах от Латакии деревушку Баниас. Гораздо важнее были сами убийцы. Консул в Латакии в письме к Эсфири в качестве виновных указал на жителей деревни Наркаб, которые перед тем убили двух турецких купцов и двух маронитов. Но леди Стенхоп нужны были совершенно верные сведения. Через какое-то время ее посланники узнали правду. Вот только правда была такая, что у многих других, у которых не было столько духа, тут же бы отпала охота мстить: убийцами Бутена оказались ассасины, люди страшного Горного Старца [Ассасины были родом из шиитской секты измаилитов, в конце XI века преобразованной в секретный политически-религиозный союз, использующий скрытные убийства для расширения собственной власти. Этот самый таинственный из всех внеевропейских сообществ орден убийц в течение двух столетий терроризировал Персию, Египет и Сирию, переполняя ужасом всех окрестных повелителей. Разгромленные в XIII веке монгольским полководцем Гулагу, ассасины утратили политическое значение и превратились в самых обычных бандитов, убивающих ради денег или собственного удовольствия. Гнездились они в труднодоступных горных крепостях, потому-то их предводителя и называли Горным Старцем. Он вербовал готовых на любые жертвы исполнителей преступлений с помощью гашиша, откуда и взялось арабское наименование сектантов: гашишины (гашашины), в европейских языках: ассасины. И до сих пор по-французски "assassin" означает убийцу].
В наполеоновскую эпоху ассасины оккупировали вершины и склоны гор Ансариех. Последний из известных нам Горных Старцев, Рокнеддин, жил еще в XIII веке, но с тех пор всегда имелся его таинственный наследник, повсюду сеющий ужас и страх. Менялись неизвестные имена и люди, но Горный Старец существовал всегда, он был бессмертным, словно Папа. Никто, кто не был ассасином, не мог видеть его, не утратив после того жизни; так что, возможно, он существовал исключительно в легенде, но существовал и во всех сердцах пробуждал страх. "Царица Пальмиры" не испугалась и объявила ему войну.
