- С помощью сёги?
- Да, с помощью сёги. Как ты собираешься победить Торио, если не справляешься даже со мной?
- Думаю, что вы – противник посильнее Торио.
- А ты сильнее его? Как ты собираешься принимать решения на поле боя, если ни одна твоя фигура в сёги не прошла даже на поле превращения?
- На какое поле?
- Э, да ты и этого не знаешь… Ну что ж, я хотел коснуться этой темы позже, но раз уж зашёл такой разговор…
Мицуёри-сэнсей снова принялся расставлять фигуры.
- Йомэй-кун, как только одна из твоих фигур достигает трёх последних рядов клеток на доске – то есть места, где расположена вражеская армия – её название и возможности меняются. Моя любимая фигура – вот эта…
- «Колесница»?
- Да. Переходя на поле превращения, «Колесница» становится «Королевским драконом», объединяя в себе возможности «Колесницы» и «Владыки». Это самая защищённая фигура на доске. Понимаешь, к чему это я?
- Нет.
- Я имею в виду, что любой человек, преодолевая важный рубеж, может и должен меняться.
Широ недоумённо поднял взгляд от доски. Мицуёри-сэнсей объяснил доступнее:
- Я говорю о ситуации с Юки-куном и его невестой. Не пора ли тебе, Йомэй-кун, перестать быть маленьким капризным мальчиком?
Лицо юноши залилось краской.
- Откуда вы знаете? Юки рассказал?!
- Нет, конечно, что ты! Рассказала Цуё-тян. Она, видишь ли, живёт у меня.
- Что-о?
- И я с удовольствием её принял. Славная девчушка, хлопочет по хозяйству. Взяла на себя все мои холостяцкие заботы.
- Но ведь это неприлично!
- Чего неприличного? Я старик, а она мне как внучка. И потом, Цуё-тян из тех девушек, кого совершенно не интересует, что о них говорят посторонние. Отличная девушка! Твоему Юки повезло, что его любит такая верная и надёжная подруга.
- И вы туда же! – Широ махнул рукой, и фигуры посыпались с доски. – Она и вас околдовала?
- Йомэй-кун, не горячись. Подумай хорошенько: они любят друг друга, уж что есть, то есть. Мешая их браку, ты только настроишь Юки против себя. Ты очень ему дорог, но если ты заставишь его отказаться от Цуё, рано или поздно он тебя возненавидит.
- Не лезьте не в своё дело! Вы не понимаете!
- Всё я понимаю. Люди взрослеют по-разному, Йомэй-кун, количество прожитых лет – не показатель. В ранней юности нас интересуют только развлечения и драки, но когда мы взрослеем, у нас появляются иные потребности. Это сегодня тебе кажется, что друзей вполне достаточно для того, чтобы быть счастливым, но позже ты поймёшь, что нуждаешься в любви и семье. В собственной семье: жене, детях… Я знаю, что сейчас – вот конкретно сейчас – тебе ничего такого не надо. Ты просто ещё не повзрослел, не вкусил любви, в душе ты ребёнок. А Юки – уже нет. С ним это произошло раньше, чем с тобой. Но не беспокойся, ты его нагонишь…
- Мицуёри-сэнсей, вы говорите какую-то чушь! – Разозлившись, выкрикнул Широ. – Дело не в том, что Юки уже стал взрослым, а я – ещё нет! Я не могу отдать единственного друга чужой девице! За последние четыре года мы с Юки почти не расставались, мы постоянно были вместе, всё делали вместе, путешествовали вместе… А если у него появится семья и дети, то где же буду я? На окраине? Мне придётся делить собственного слугу ещё с какими-то людьми? А как же я? Кто будет со мной?
- Ты маленький, что ли, чтоб за тобою постоянно кто-то ходил? – Мицуёри-сэнсей насупил седые брови. – Ты думаешь только о себе и злишься на Юки-куна за то, что он думает не только о тебе. Да, он твой слуга, но не твоя вещь, ты не можешь распоряжаться его мыслями и желаниями. Что такого ужасного произойдёт, если Юки-кун перестанет таскаться за тобой шаг в шаг и ты обретёшь немного самостоятельности? Почему ты так этого боишься?
- Потому что… я боюсь, что не справлюсь! – Широ упёрся кулаками в пол и опустил голову. – Я чувствую, что не справляюсь! Я уже не справляюсь, а война даже ещё не началась! И лишиться Юки в такой момент…
Мицуёри немного подумал.
- А ты посмотри на это с другой стороны, Йомэй-кун. Поставь себя на место Юки. Тебе известно, что он – отверженный, и, будем называть вещи своими именами, несправедливо отверженный. Ты ведь знаешь об этом, не так ли?
Краска схлынула с лица Широ:
- Да, знаю. Я хотел вернуть ему фамилию, но это не в моей власти…
- Вот именно. Для отверженного возможность обрести тихое семейное счастье, которое тебе, недорослю, кажется необязательным – почти чудо. Поступок Цуё-тян заслуживает восхищения. Она не боится трудностей и понимает, что как только твоё покровительство Юки сойдёт на нет, ему и, соответственно, ей придётся вкусить все «прелести» жизни людей, изгнанных из общества. И она готова к этому.
Широ молчал, недовольно глядя на свои колени. Мицуёри-сэнсей продолжил мягким успокаивающим голосом:
- Твой друг заслужил это, Йомэй-кун. Самое время проявить великодушие. Позволь Юки-куну быть счастливым. Вот увидишь, в результате ты обретёшь больше, чем потеряешь.
- Как это?
