Рука Широ, водившая кистью по бумаге, замерла.
- Госпожу Моринага?.. Но ведь она не успеет приехать… Ты хочешь отложить свадьбу?
- Нет, но…
- Тогда почему ты не сказал мне об этом раньше? – Широ повернулся в профиль.
- Боялся, что ты откажешься.
Широ усмехнулся.
- А теперь уже не боишься?
Юки промолчал.
Широ дёрнул рукой, поставил на бумагу огромную кляксу и, тихо пробормотав ругательство, промокнул чернила рукавом.
- Всё из-за тебя!.. Хорошо, пусть кто-нибудь из охраны берёт вторую лошадь и не мешкая выезжает за госпожой Моринага. Если он поторопится, то может и успеть вернуться к свадьбе. Твоя матушка ведь умеет ездить верхом?
- Когда-то она в числе других дам сопровождала господина Райдона на охоте, - кивнул Юки. – Да, конечно, она умеет. Спасибо, Широ. Ты настоящий друг.
- Я пытаюсь быть хорошим другом, но не знаю, получается ли у меня это. Мне не с чем сравнивать. У меня никогда раньше не было друзей. – Широ огорчённо посмотрел на тёмно-коричневый след от туши на бумаге и рукаве.
- У меня тоже. – Юки присел на корточки и посмотрел на свиток, прикидывая, что можно сделать с пятном. – И не будет. Даю слово.
Вдова Моринага прибыла в самый день свадьбы, за несколько часов до начала церемонии. Почтенная дама, исхудавшая и бедно одетая, держалась с таким достоинством, что под её взглядом присмирели и будущая невестка Цуё, и сам хозяин замка Йомэй. Глядя на мать Юки, Широ снова спохватился, что забыл позаботиться о праздничном наряде для неё, но выйти из неудобного положения помог Сагара-сан. Мельком оглядев более чем скромные одежды гостьи, распорядитель наклонился к уху Широ и спросил, нельзя ли ради такого случая одолжить госпоже наряд одной из бывших жён Асакура Райдона. К великому облегчению Широ оказалось, что в замке хранятся многие сотни разнообразных одеяний, парадных и повседневных, запертых в сундуки из лиственницы, чтобы до них не добралась моль.
Быстро переодевшись в кимоно из тёмно-бордового шёлка, вдова Моринага стала выглядеть настоящей красавицей и совершенно затмила малышку Цуё в её красно-белом свадебном костюме. Широ сразу заметил разницу между природной аристократкой и простолюдинкой, не укрылось от его взгляда и то, что мать Юки, оглядев Цуё, едва заметно поджала губы.
- Какая красивая у тебя матушка! – Шепнула Цуё на ухо жениху. – И какая худая! Она не больна?
- Не знаю, - Юки с тревогой смотрел на мать. – Когда Широ стал властителем Мино, он втрое увеличил мне жалованье. Я надеялся, что теперь матушка больше не голодает. Надо поговорить с ней и выяснить, в чём дело.
Но разговор пришлось отложить на потом: почтительно поклонившись хозяину замка, вдова испросила разрешения поговорить с ним наедине, и Широ, смущаясь строгих манер гостьи, не мог ей отказать.
После случившегося несколько лет назад печального события Широ не любил парковую беседку и старался в неё не заходить, но госпожа Моринага, уверенно ориентирующаяся на территории замка, повела его именно туда. Усевшись на толстый соломенный мат, женщина сложила руки на коленях и улыбнулась Широ:
- Я вижу, вы повзрослели, Йомэй-сама.
- Благодарю вас, госпожа. Я рад видеть вас в добром здравии. Вы ведь в добром здравии?
- О да, в добром, просто я уже не так молода, как хотелось бы. Я слишком долго прослужила в свите здесь, в замке, прежде чем вышла замуж. Мино всегда была благополучной провинцией, с замужеством можно было не торопиться.
- Я понимаю, что вы хотите сказать, - Широ постарался заглянуть ей в глаза, - что сейчас всё иначе.
- Нет, Йомэй-сама, я просто отвечала на ваш вопрос. Может быть, вы ещё о чём-то хотите меня спросить?
- Только извиниться за то, что вас заставили приехать, не позволив даже уложить вещи. Но я позабочусь, чтобы вам предоставили всё, что может понадобиться. Я надеюсь, вы прогостите у нас несколько дней?
- Если такова будет ваша воля, Йомэй-сама.
Когда обмен любезностями подошёл к концу, вдова придвинулась ближе к юноше и, понизив голос, проговорила:
- Прошу и вас простить меня за неделикатный вопрос, но верно ли то, что мне показалось? Я имею в виду вашу неприязнь к невесте моего сына.
Широ недовольно дёрнул углом рта.
- Юйко-сан, вы ведь только что приехали! Неужели это так заметно?
- Юки-тян – мой единственный сын, и его судьба волнует меня сильнее, чем всё остальное. Впрочем, какая судьба может быть у отверженного? Тем удивительнее, что такая славная девушка согласилась связать с ним судьбу.
- Славная? Вы тоже думаете, что она славная?
- Безусловно. Цуё-тян – прямая, гордая, неподкупная душа. Я бы не пожелала Юки лучшей жены, если б только была уверена, что намерения её чисты. Даже материнское сердце может ошибаться.
- Простите, Юйко-сан, я ничего не знаю о Цуё. – Широ скрестил руки на груди. – Юки часто рассказывал мне о ней, но боюсь, что я не очень внимательно его слушал. Сожалею. Впрочем, если вы против этой свадьбы, то я сейчас же распоряжусь…
