- Ваша дочь ясно дала понять, что монастырь ей милее, чем брак с Торио-сама, - Кано нехорошо усмехнулся. – Неужели после всего этого вы ещё собираетесь выдать единственную дочь за него замуж?
- Вы будете диктовать мне решения? – голос Сайто стал настолько угрожающим, что Торио задрожал. Но улыбка на лице Кано только сделалась шире.
- Господа! – снова вмешался Торио. – Пожалуйста, возьмите себя в руки! Вы же поняли, что бедная девушка не в себе. Возможно, её душевное состояние сейчас таково, что она не отдаёт отчёта своим словам. Стоит Маюри-сан вернуться домой, и всё наладится.
- Да неужели? – ядовито спросил Кано. – А вот мне показалось, что Маюри-сан – очень здравомыслящая девушка, которая не будет бросать слова на ветер. Вам, Торио-сама, следует смириться с тем, что вы ей противны…
- Не смейте говорить о моей дочери так, будто имеете на неё какие-то права! – вскричал Сайто.
- Я имею значительно больше прав, чем вам кажется, - даже не дрогнул Кано. – Вы, Сайто-сама, ужасно слепы во всём, что касается вашего собственного дома…
- О чём это вы говорите?!
- О вашей семье, - глядя прямо в глаза взбешённому министру, ответил Кано, - о ваших женщинах.
- Что – о моих женщинах?!
- Господа! – в ужасе замахал руками Торио.
Кано, до этого сидевший на походной циновке, поднялся во весь рост.
- Ваши женщины вам не принадлежат, - отчеканил он, - ни жена, ни дочь.
Торио покрылся холодным потом. Он уже почти не сомневался, что сейчас дойдёт до убийства. И что же тогда делать? Проклятый Кано, никак молчать не научится.
По лицу левого министра заходили желваки. Он побагровел.
- Вам лучше объясниться, Кано-сан, - очень вежливо произнёс он. – Что вы имеете в виду?
- Ваша жена была неверна вам, - Кано скрестил руки за спиной. – Это знали все, весь двор. Хотите сказать, что вы ничего не ведали?
«Ой, что сейчас будет!» - подумал Торио. Но он ошибся. Главное было ещё впереди.
- Вы лезете не в своё дело, Кано-сан, - очень тихо ответил министр. – Вы вторгаетесь в чужую семейную жизнь, которая не имеет к вам никакого отношения.
- Разве? – один угол рта Кано поднялся вверх, другой опустился вниз. – То есть вас нисколько не волновало, что ваша жена, побывав перед этим любовницей императора, стала волочиться за мной, как последняя…
- Кано, остановись! - пискнул Торио.
- Кано-сан, - Сайто продолжал говорить тихим безжизненным голосом, – вам лучше замолчать.
- Ваша жена сумела раздобыть важные сведения, - как ни в чём не бывало продолжал Кано, - но вам она их не сообщила. Ей показалось более удобным сказать то, что она узнала, мне. Но пока она искала способ встретиться со мной, драгоценное время было упущено. В интересах нашего общего дела было бы гораздо лучше, если б этими сведениями завладели вы, её законный супруг.
- То есть, вы и меня в чём-то обвиняете? – уточнил левый министр.
- Вы потакали распутству жены и чрезмерно охраняли красавицу-дочь, - с нажимом проговорил Кано, - мне пришлось самому исправлять ваши ошибки.
- Исправлять мои ошибки, вот как?
- Кто-то же должен был это сделать.
- И каким же, позвольте спросить, образом вы исправили мои ошибки? – терпение изменяло Сайто, голос начинал подрагивать.
Улыбка расплылась по лицу Кано, сделав его таким страшным, что Торио даже зажмурился.
- Сейчас покажу, - сказал генерал войска и быстро вышел из шатра.
Отсутствовал он недолго, но за это время Торио успел отползти в самый безопасный на его взгляд угол. Если сейчас Кано и Сайто скрестят мечи, лучше находиться подальше от побоища. Какой кошмар, какой кошмар! Все худшие опасения сбываются!
Кано вернулся, держа в правой руке какой-то тёмный всклокоченный ком размером с человеческую голову. Вокруг кома с жужжанием вились мухи. Торио ещё только прищуривался из своего угла, вглядываясь в предмет, а Сайто уже охнул и отступил на два шага назад.
Тут дошло и до Торио.
- Госпожа Акэбоно! – взвизгнул он. – Это её голова! Какой... какой… ужас!
Сайто вопить не стал. Но его багровое лицо резко побледнело, как у человека, готовящегося немедленно рухнуть в обморок.
- И вы это сделали? – будто не веря своим глазам, пробормотал он.
- Мне пришлось, - сказал Кано, - эта нечестивая женщина заслужила смерть.
- А... Маюри?
- Я не знаю, где она, - свободная рука Кано сжалась в кулак. – Но если бы знал, я бы…
- Кано, зачем, заче-ем ты убил госпожу Акэбоно? – завыл Торио, залившись слезами. – Как ты только мо-ог?!
- А что, я должен был помиловать её ради вашей страсти? – горящий взгляд Кано упёрся прямо в лоб Торио. – Сказать по правде, ваши чувства мало меня волнуют, Торио-сама.
- Ты чудовище, - хрипло выговорил Сайто, не делая попытки вытащить меч.
- Чудовище? – голос Кано вдруг стал очень мягким и вежливым. – Нет, я всего лишь простой монах. Моя священная обязанность – не давать спуску грешникам.
Сказав это, Кано церемонно поклонился и опустил свою страшную ношу прямо на циновку. Затем он вышел из шатра.
День радости в Мино
