- Не думаю. – Отозвался Юки. – Дело не в этом. Вы были один, а их трое. Вы не ожидали нападения, а они вас не предупредили. Наконец, они не сражались как мужчины, они просто вас избивали. Это другое.
- Всё правильно, им хотелось меня унизить. Но сильный человек не позволит подвергать себя унижениям. Он найдёт какой-нибудь выход. А что сделал я? Всего-то и хватило ума – лицо прикрыть, чтоб челюсть не своротили. Жалко же я выглядел.
Юки тяжело вздохнул:
- Вам надо просто забыть об этом, Йомэй-сама. Сейчас уже всё равно ничего не поделаешь.
Нет. – Отрезал Широ. – Я отомщу. Они все умрут. Все трое.
Утром следующего дня на занятия в додзё пришёл один Юки. Йомэй-сама, по его словам, чувствовал себя недостаточно здоровым, чтобы тренироваться, и передавал поклоны всем однокашникам и извинения учителю. Мицуёри-сэнсей отозвал Юки в сторону:
- Это всё из-за ваших тренировок с катанами?
- Только не говорите никому, - краснея, отозвался Юки.
Сэнсей сдвинул седые брови:
- Ну, Юки-кун! Надевай защитный нагрудник. Сейчас мы будем отрабатывать новый удар, а ты послужишь мишенью.
- Слушаюсь, - смиренно сказал Юки.
Тем же вечером в домик учителя Мицуёри, жившего в двух шагах от додзё, снова постучали. Он почему-то был уверен, что это опять Юки – пришёл поблагодарить за лекарство или попросить чего-нибудь ещё… Но на пороге стоял Широ.
- Йомэй-кун! Как ты себя чувствуешь? Кто-то знает, что ты здесь?
Широ кусал тонкие губы, исподлобья буровя учителя взглядом.
- Я пришёл попросить вас о дополнительных занятиях, Мицуёри-сэнсей.
- Что? Проходи в дом.
Но Широ не двинулся с места.
- Не смотрите на меня с таким снисхождением, Мицуёри-сэнсей. Я понимаю Ваше недоумение. Я – самый плохой ученик и никудышный воин, я едва могу освоить даже самые простые приёмы. Но я хочу, чтобы это прекратилось, я больше так не могу. Я согласен тренироваться днём и ночью, без сна и еды, я согласен на всё, делайте со мной, что угодно, приказывайте, что угодно. Я всё выполню, клянусь вам, Мицуёри-сэнсей. Даже если вы велите мне ходить по гвоздям и глотать горящие угли. Если это нужно, чтобы стать настоящим самураем, я это сделаю.
- А почему же ты не пришёл сегодня на урок?
- Я… - Широ отвёл глаза.
- Это ведь не Юки-куну ты собрался мстить за своё нездоровье?
- Нет, не ему. Он тут не при чём.
Мицуёри-сэнсей покачал головой.
- Если ты хочешь стать сильным только для того, чтобы отомстить кому-то, то в конце пути тебя ожидает разочарование и потеря смысла.
- Я понимаю это, сэнсей. Нет, моё решение созрело гораздо раньше, до того, как… извините, я не могу вам сказать. Но я решил твёрдо, я не передумаю и не откажусь от своих слов. Так что мне сделать? – И Широ взглянул на учителя с такой безрассудной отчаянностью во взгляде, будто ожидал, что тот сейчас же потребует от него проглотить горящий уголь.
Учитель помолчал.
- Заходи, Йомэй-кун. Я скажу тебе, что делать.
Широ скромно остановился в углу небольшой комнаты, а учитель достал из стенного тайника и протянул ему несколько очень старых и пухлых свитков.
- Это – великая книга, Йомэй-кун, «Законы войны почтенного учителя Суня». Она была написана две тысячи лет назад и с тех пор переписывалась немыслимое количество раз. Её автор, генерал Сунь Цзы, был самым выдающимся полководцем, какого только видела страна Китай. А здесь хранится весь его опыт. Невозможно стать настоящим воином, не изучив этот труд.
- Такая большая книга! – поразился Широ.
- Большая книга? Мальчик мой, это только первые три главы. Остальное получишь потом, как прочитаешь, перескажешь и вернёшь мне эти свитки.
- Благодарю вас! – Широ прижал бесценные свитки к груди и вгляделся в иероглифы на печати. – Только вот… как это читать?
- Плохо знаешь китайский, Йомэй-кун? Я так и думал. Но это и к лучшему: чем внимательнее ты будешь разбираться в тексте, тем лучше усвоишь то, что написано. Изучай книгу медленно, вдумчиво, не торопись. И не ленись в додзё! А потом можно будет и о дополнительных тренировках подумать. И смотри, не потеряй эти свитки! Они стоят дороже, чем вся наша школа!
- Я не подведу вас, Мицуёри-сэнсей! – Широ склонился настолько низко, насколько ему позволяла ноша.
Провожая взглядом его исчезающий в сумерках силуэт, учитель Мицуёри пробормотал:
- Я всё жизнь ждал, когда же боги вознаградят меня за самоотверженный и бесполезный труд и у меня появится Ученик. Но я и подумать не мог, что это окажется он… Боги, скажите мне, милость это или насмешка?
[1] Каннуси – синтоистский священник
[2] Комаину – каменные статуи полусобак-полусфинксов, расположенные при входах в синтоистские святилища друг напротив друга.
[3] Гэта – деревянная обувь в виде плоской дощечки на двух подставках.
[4] Фусума - раздвижные перегородки внутри помещения
Глава 4 ИСТИННЫЙ ВОИН
Путь, небо, земля, полководец, закон
