- Ни за что!
- Хотака-кун, не упрямься! Ну проверьте её хорошенько, как всех остальных посетителей, и пусть пройдёт!
Воины упирались ещё некоторое время, но Кото была убедительна, а нежданная гостья – слишком мала ростом и явно слаба, чтобы быть злодейкой. В конце концов Хотака и двое других воинов сдались. Девушку попросили постоять смирно с поднятыми руками, и Хотака ловко обыскал её платье.
Из вещей при девушке обнаружился только внушительный боевой нож. С завистью разглядывая старинное оружие, Хотака только вздохнул:
- Откуда это у тебя? Украла?
- Отдай! – Вскинулась девушка. – Это подарок!
- И не подумаю. В замок с оружием нельзя. Когда будешь уходить, тогда и получишь.
Девушка раздражённо дёрнула плечом, но спорить не стала. Брезгливо запахнув на себе старое платье, она последовала за старухой, уже ковылявшей по парку.
Слива давно отцвела, теперь отцветала вишня. Вся земля в парке была усеяна ковром из нежных молочно-розовых лепестков. Ступать по ним было куда приятнее, чем по гальке и колючей траве, а одежда, усеянная лепестками, уже не выглядела столь печально. Проходя по мосту, девушка старалась смотреть себе под ноги и казаться как можно меньше и скромнее, чтоб охранители не обратили на неё внимания. Не помогло: недалеко от чёрного входа в замок её снова обыскали, с ещё большим пристрастием, но теперь уже ничего не нашли.
Пройдя по низкому и узкому коридору через людские помещения в кухню, девушка облегчённо плюхнулась на топчан, накрытый старыми холщовыми мешками, и снова закинула на колено больную ступню.
В кухне было пусто, в огромной печи тлели уголья, а вдоль стен были развешены различные припасы. Глядя на них, гостья сглотнула слюну. Кухарка же быстро разожгла очаг, поставила кипятиться чайник, а из сундука достала большие кухонные щипцы и протянула их девушке.
- Попробуй хоть этим, что ли!
Прежде чем девушке ценой невероятных усилий удалось ухватить щипцами занозу, чай успел вскипеть и был разлит по чашкам. Старуха наполнила плошку холодным рисом и бобами, принесла в крышечке немного очень крепкого саке.
- Это – не пить! Протри место, где была заноза, чтоб грязь не занести. И вот тебе тряпица – обмотай свою ногу и оставь её на время в покое.
- Спасибо! – Поблагодарила гостья, с облегчением опуская ногу с топчана и одновременно хватая палочки для еды. – Это мне? Можно уже есть?
- Ешь вдоволь! – Любезно пригласила кухарка. – Ещё неизвестно, когда снова так-то поедим…
Девушка одним махом заглотила треть риса из плошки, прожевала, запила чаем и спросила:
- А что случилось?
- Да не случилось пока, слава всем богам. Но должно случиться. Наш господин Асакура считает, – кухарка понизила голос, хотя в кухне они находились одни и подслушивать было некому, – что будет война…
- Война? И кто же с кем воюет?
- Кто-то собирается идти войной на Мино. – Заметив, что чашка гостьи пуста, Кото тут же потянулась за чайником. – Но это и неудивительно, я тебе скажу. Пока был жив старый господин Асакура, никто и слова не смел сказать против Мино! А новый господин… что сказать… слабоват он против господина Райдона!
- Почему слабоват?
- Молоденький он совсем. На сынка моего похож, только ещё худее. Видела бы ты его год назад, когда умер господин Райдон, и господин Йомэй примчался из Киото! Бледный, глаза в пол-лица, прямо сердце из-за него зашлось! Ну как такому командовать войском? Хорошо, что есть Имагава-сан, которого воины любят, как родного отца. А кто для них Йомэй-сама? Ребёнок!
- Ну, если за год война так и не началась, то, может, ещё и совсем не начнётся! – Легкомысленно заявила гостья. – А можно мне ещё чаю?
- Разумеется! Нет, Имагава-сан тоже считает, что войне таки быть… И знаешь, кто наш противник?
- Кто?
- Ещё один господин Асакура! Родной сын нашего покойного хозяина. Хороший был мальчик, весёлый, но уж очень неспокойный. Додумался затеять восстание против родного отца! Господин Райдон разгневался и выгнал его из Мино. Это было много лет назад, все думали, что он мёртв…
Девушка сама подлила себе чаю и оперлась щекой на руку. Ей было интересно.
- А он жив?
- Жив и жаждет мести. По правде говоря, плох или хорош он был, а он – родной. В нём кровь великих воинов Асакура. А господин Йомэй – из обедневшей семьи Асаи. Не ему бы править Мино, а законному наследнику…
Поскольку гостья слушала очень внимательно, кухарка Кото увлеклась и как-то незаметно выболтала ей всё, что знала сама о семейных тайнах господ. И только начав рассказывать незнакомке о младенческих шалостях Торио-сама, она вдруг сообразила, что за болтливость может и пострадать. Девчонка, конечно, ничего плохого ей сделать не сможет, а вот если этот разговор услышит кто-то из слуг и донесёт Сагара-сану…
- Вот что, милая! – Заторопилась старуха. – Ты, я вижу, отдохнула, так что можешь идти по своим делам. Сандалии я тебе отдам свои старые, уж не обессудь, какие есть. Заговорилась я с тобой, а мне работать надо!
Девушка кивнула, поставила пустую чашку и удовлетворённо похлопала себя по набитому животу.
