– Не ной и плыви! – прошипела Лена сквозь плотно сжатые губы. – Это ведь ты заварил кашу!
– Мне очень жаль, – тихо пискнул Константин.
Гюнтер шмыгнул в рюкзак к Мари и задрожал от страха.
Один из шариков задел волосы Фрица и ударился в стену напротив, где оставил приличную дыру с обугленными краями. Фриц мог бы поклясться, что запахло палёными волосами.
Конец тоннеля был на расстоянии вытянутой руки. Ещё два-три сильных движения, и они будут спасены. Мари уже выплыла в следующее помещение, Лена плыла за ней по пятам. Она увернулась от двух жёлтых шариков и выбралась наружу. Фриц собрал все свои силы и рванул за ней.
Получилось! Он с облегчением опустился на дно пещеры, слушая, как шарики разбиваются о стены тоннеля.
Константин плыл последним. Он почти вынырнул, когда позади раздался глухой стук. Следующее, что увидели дети, – скорчившийся от боли мальчик.
О, нет, в него попали!
– Ты в порядке? – Мари потянула его за руку и помогла выбраться из тоннеля.
– Нет, – простонал Константин. – Один из этих идиотских цветов попал в меня. Ой, как же это больно!
– Давай-ка посмотрим! – Лена подплыла, чтобы осмотреть рану. Константин взвыл от боли, когда она дотронулась до его ноги. На правом бедре мальчика шарик прожёг дыру в джинсах. Кожа на ноге потемнела, но крови видно не было.
– Хм, прошёл по касательной, – сказала Лена.
– А по ощущениям как будто у меня ампутировали ногу. Я боюсь… – Константин сглотнул, – боюсь, вам придётся плыть дальше без меня.
Его лицо скривилось от боли, и непохоже было, чтобы он притворялся.
– Ни в коем случае! – заявила Мари. – Мы никого не оставим.
– Но мне так больно! – на глазах Константина выступили слёзы.
– Эхм… возможно, я смогу помочь, – раздался скрипучий голосок из рюкзака Мари. Из одного из наружных карманов осторожно выглянул Гюнтер.
– Это как же? – Фриц не понял, что имел в виду ёж.
– Ну, небольшая доза яда морского ежа может уменьшить боль.
– Что, правда? А я думал, с его помощью можно только стирать воспоминания, – и Фриц вспомнил, как Гюнтер вколол Грегору Омарчику приличную дозу во время их прошлого приключения. Псевдоучёный в итоге совсем потерял рассудок и выставил себя на посмешище перед публикой. С тех пор о нём никто не слышал. И несмотря на то что Константин Фрицу не нравился, подобной судьбы он ему не желал.
Мари закусила губу.
– Пожалуй, это могло бы сработать. Но будь осторожен, нужно вколоть ему совсем чуть-чуть яда. Иначе он станет совершенно бесполезен.
Гюнтер кивнул.
– Понял. Я готов. А ты как, Константин?
Константин взглянул на ежа с некоторым сомнением.
– А у меня что, есть выбор? Давай покончим уже с этим. Но, пожалуйста, будь осторожен, я не выношу вида крови!
– Я постараюсь, – Гюнтер подплыл к мальчику и дотронулся иглами до его раны.
– Хи-хи, как щекотно! – прыснул Константин. – И это всё? Эй, кажется, мне и правда лучше!
– Угу, яд действует очень быстро! – Морской ёж выглядел гордым. – Возможно, мне стоит открыть практику акупунктуры.
Фриц невольно ухмыльнулся. Как бы Гюнтер иногда ни раздражал, в доброте и наличии чувства юмора ему невозможно было отказать.
Мальчик огляделся. Перед ними опять была развилка.
– Куда нам плыть? – спросил он, обращаясь к Лене.
Лена достала карту.
– Значит, так. Налево идёт более долгий путь, там тоннели сужаются и перекрещиваются, и там много тупиков.
– Звучит не очень приятно, – сказал Фриц. – Джеки сказала, что память её бабушки была не слишком ясной, когда она рисовала эту карту. Кто знает, не заблудимся ли мы там в конце концов.
Мари склонилась над картой.
– Ну, и какие у нас варианты?
– Кажется, путь через правый тоннель заметно короче. Посмотрите, сразу за этой пещерой обозначено нечто вроде тайного хода. Он сильно сокращает дорогу. Так мы сразу попадём в центр лабиринта.
– Дай-ка угадаю: прямо перед ним находится ловушка? – предположил Фриц.
– Хммм… – Лена перевернула карту. – Я не совсем понимаю, что это значит. У бабушки Джеки такой ужасный почерк. Пират… но что тут дальше? Я не вижу никакого смысла…
– Может быть, это слово «пиранья»? Эта буква скорее похожа на «н», – предположил Константин.
Лена хлопнула себя по лбу.
– Конечно! Ну, как я сама не догадалась? Ладно, туда меня и силком не затащить. Плывём налево, правда? Или что вы думаете? – она оглядела ребят.
– К пираньям – ни за что, – Константин покачал головой. – У меня в следующие выходные соревнования по конкуру. На сегодня норма по травмам выполнена. Отец и так будет вне себя, когда увидит джинсы. Они ужасно дорого стоили.
– Пираньи вовсе не такие страшные, как принято считать! – запротестовал Фриц. – Это примерно как с белой акулой!
В школьном аквариуме был бассейн с пираньями, и господин Простакер рассказывал своим ученикам об этих рыбах. По сути, они нападают лишь в том случае, если чувствуют опасность или если их приманить запахом крови.
Мари согласилась с Фрицем.
– Думаю, нужно попробовать. Не знаю, как они поведут себя, но мы же можем попробовать поговорить с ними?
Лена вздохнула.
– Значит, двое за и двое против. Далеко мы так не уплывём.
