Илья придвинулся вплотную и сомкнул руки на её талии, подбородком коснулся плеча. Марина резко выдохнула, непроизвольно напряла мышцы пресса и опустила взгляд на его ноги, обхватившие её бёдра.
– Душить меня не обязательно.
– Имел счастье наблюдать, как ты полоскала по ветру предыдущую пассажирку. Если нужно будет, и зубами вцеплюсь.
Дыхание Ильи защекотало шею, вызвав волну дрожи. Марина больше ничего не говорила, завела мотоцикл и устремилась в море. Нарочно заворачивала крутые виражи, чтоб Илья прижимался теснее. Его грудь касалась её лопаток, и она ощущала каждый его вздох, ненамеренно подстраиваясь под ритм дыхания. Кожей чувствовала биение его сердца, совпадающее с её пульсом. Он словно врос в неё, став с ней одним целым.
На берегу активно жестикулировали, спасатель на вышке красноречиво постукивал пальцем по предплечью, имитируя наручные часы. Илья скользнул рукой по кисти Марины, положил ладонь поверх запястья с татуировкой и, слегка повернув руль, направил гидроцикл к берегу. Она подчинилась его подсказке, развернула Ежа, хотя на самом деле могла бы рассекать по морю, пока не опустеет бак.
Илья молча разжал объятия и слез с сиденья. Спрыгнул в воду, на берег не вышел, поплыл размашистым и стремительным кролем в сторону пирса, а потом и вовсе переключился на неподвластный Марине баттерфляй. Она восхищённо смотрела на его загорелую спину, мелькающую в воде, ощущая острую потерю, будто от неё только что отрезали половину, и эта самая половина и в самом деле плавала не хуже неё.
Навестив утром «Афалину» и встретив рассвет на берегу, Марина решила провести выходной за домашними делами. Сегодня море взволновано вздымало волны, пока ещё не штормило, но спасатели уже насторожились и приглядывали за отдыхающими внимательнее, ожидая, когда можно будет вывесить чёрный флаг. Марина вернулась во двор, собрала разбросанные по всему участку игрушки. Одну сняла с беседки, ещё парочку выловила из черепашьего пруда. Громогласная многодетная семья не давала заскучать и подкидывала всё новую и новую работу. Сегодня они отравились на озеро лотосов, и дом накрыло непривычной тишиной, снова стал слышен шелест волн, крики чаек и весёлый смех с соседнего двора.
Инна отправилась в Анапу сдавать последний экзамен. Никто не сомневался, что она поступит, абитуриентка же волновалась меньше всех. Набрав полную чашку спелой айвы, Марина расположилась в тени веранды, собираясь подготовить ароматные плоды для варенья. Последнее время она всё время пряталась за домом, чтоб не видеть гостей Фёдора и самой не попадаться им на глаза. Вчера Инна очистила орехи, осталось только нарезать на дольки айву и купить мёд. Именно за ним на рынок ушла Татьяна.
Марина не торопилась, резала айву на тонкие дольки, смотрела, как они светятся на солнце, вдыхала необычный аромат, похожий на смесь запахов розы, лимона и миндаля. Над чашкой кружились пчёлы, но не жалили, лакомились соком, деловито гудели. Резкий стук затворившейся калитки вывел Марину из созерцательного настроения. Она вздрогнула и прислушалась. Почти сразу распознала едва сдерживаемый плач, перерастающий в истерику, и тихий голос Ильи. Она бросила нож на стол и, пробежав сквозь дом, застыла на пороге. Илья прижимал к себе Татьяну, в другой руке держал пакет, сквозь его тонкие стенки проступали банки с мёдом. Марина ринулась к маме и обняла её. Татьяна тут же отстранилась от провожатого и кинулась к дочери, захлёбываясь плачем.
– Саша утонул?! Его нет?
Марина поймала растерянный взгляд Ильи и погладила маму по волосам.
– Мам, ты что? Он на пляже, как обычно, катает на катере гостей.
Татьяна судорожно вдохнула.
– Не утонул?
Марина медленно выдохнула и растянула губы в неискренней улыбке. Продолжая обнимать маму, она смотрела поверх её головы на Илью, едва сдерживаясь, чтоб самой не разреветься.
– Нет, конечно. Он же Счастливчик! Вечером придёт, а ты встретишь его с красными глазами. – Марина подтолкнула маму в сторону дома. – Отдохни чуть-чуть, а к вечеру проснёшься как огурчик.
Илья остался стоять на пороге с пакетом в руках.
– Куда покупки?
Марина оглянулась уже в дверях.
– На веранду отнеси. Оставь на диване.
Татьяна заснула, едва легла на кровать. Марина погладила маму по волосам, вытерла мокрые от слёз щёки и поцеловала в лоб. Во сне её лицо разгладилось от скорбных морщинок и снова казалось прекрасным и умиротворённым. Спустившись на первый этаж, Марина приостановилась в дверях. Сквозь узорчатую штору виднелся силуэт Ильи. Он не ушёл, ждал её на диване.
Она вышла и села рядом, нарочно не глядя в его сторону. Взялась за нож и продолжила резать айву.
– Что случилось?
– Я не застал начало скандала, но из воплей понял, что произошло, – он вздохнул, повернулся к Марине. – Жаль, что не успел раньше. Татьяна забыла кошелёк и не могла рассчитаться за мёд. Продавец требовал деньги, она сказала, что отправит мужа, и тот заплатит.
Марина не повернулась, но нож дёрнулся в её руке, едва не порезав палец. Илья отобрал у неё нож и положил на стол.
