Илья взглянул на Марину и невольно залюбовался. Даже в простом свитере и джинсах она выглядела притягательно, хотя в таком количестве одежды он никогда её раньше не видел. Летом она почти всегда бродила в купальнике, иногда натягивала шорты и футболку. Ветер набрасывал на её лицо волосы, словно предлагая убрать пряди, подкидывал причину коснуться её лица. Илья потянул её за руку, заставляя приблизиться, Марина по инерции сделала шаг, а потом резко остановилась. Опять её накрыло странным ощущением волнения, смешанного с терпкой обречённостью. Она словно не принадлежала самой себе. Это было слишком сильно, до боли, и так же страшно.
Илья заметил её испуганный взгляд и отступил.
– Я бы выпил горячего чаю, не думал, что скажу это, но Анапа меня заморозила.
Марина кивнула и потянула Илью в сторону дома. Руку не выпустила, но и не позволила обнять, держала дистанцию.
– Завтра мне придётся идти в техникум, да и в дельфинарии нужно показаться. Второго загула мне уже не простят. Не могу подвести Лазаревых.
Илья загрустил.
– А мне что делать?
Марина сделала вид, что задумалась:
– Покрась качели, а ещё в «скворечнике» нужно старые обои содрать.
– Ты меня намерена эксплуатировать по полной. И кажется, бесплатно.
– А чем тебе платить?
Илья дёрнул Марину за руку, разворачивая к себе лицом. Взгляд стал пронзительным и пристальным.
– Я, думаю, ты догадываешься, чем.
На следующий день Марина уехала в Анапу, а Илья отсыпался до обеда, пропустил завтрак и заявился на кухню, когда Инна пришла из школы и убирала последствия утренней стихийной кулинарии.
– Мы тебя не разбудили?
Илья потянулся, закинув руки за голову, так что футболка подскочила, оголив низ живота.
– Я вас вообще не слышал, будто в другое измерение провалился.
Инна нахмурилась.
– Загоняла тебя Марина вчера.
– Я сам вызвался помочь.
Инна захлопнула дверцу холодильника и проворчала:
– Ты гость, а она свою работу на тебя свалила. Тем более ты только из больницы выписался. Не хватало ещё снова заболеть от переутомления.
– Ин, я что, по-твоему, принцесса? – обиделся Илья и тут же добавил, смягчая тон: – Но мне приятно, что ты заботишься обо мне. Может, и завтраком накормишь?
Инна улыбнулась.
– Какой завтрак. Обед уже. Плов будешь?
– Буду.
Закончив трапезу горячим чаем, Илья вышел во двор и оглядел беседку. На качелях сидела Татьяна, кутаясь в плед, глядела куда-то в забор, словно на рассохшихся досках узрела ответ на самый важный для неё вопрос. Илью она заметила не сразу, долго смотрела на него, пытаясь вспомнить, кто он такой, и что вообще тут делает. Спустя минуту её лицо расслабилось, морщинки между бровей разгладились.
– Добрый день, Илья.
– Здравствуйте. – Он приблизился и сразу перешёл к делу: – Не подскажете, как изабеллу обрезать?
– Подскажу. Секатор в гараже. Попроси Счастливчика открыть, ты решил ему помочь?
Илья напряженно раздумывал, как ответить, потом устало выдохнул и кивнул.
– Он занят, попросил меня обрезать, а я не умею. Подскажете, что и как?
Через час Илья уже был не рад, что вызвался залезть на беседку. Он и не догадывался, что от длительной работы с поднятыми вверх руками закружится голова и зашумит в ушах. Он устал от этого изматывающего ощущения беспомощности, тело предавало его, не хотело выполнять простейшие поручения, требовало прилечь. Перерывы на отдых удлинились, но Илья не хотел сдаваться, скоро вернётся Марина и увидит, что он не провалялся весь день на кровати, а был занят делом. Может, он даже потребует долгожданную оплату.
Илья как раз заканчивал обрезку, когда к воротам подкатил мотоцикл. Сидящая сзади пассажирка стянула шлем и тряхнула длинными каштановыми волосами. Водитель шлем не снял, но в фигуре явно угадывался парень, не слишком плечистый, даже субтильный, но однозначно парень. Марина что-то ему сказала, хлопнула по визору и рассмеялась. Илью, затаившегося в переплетениях лозы, не заметила. Она выглядела такой расслабленной и спокойной, не сторонилась и не отталкивала мотоциклиста. Сама стянула с его головы шлем и взлохматила рыжую шевелюру. Несколько минут они перебрасывались короткими фразами и смеялись. Илья не вслушивался в их беседу, в ушах тарахтел пульс, вытесняя все мысли. Горячая волна ревности окатила его с макушки до пяток, ускоряя сердцебиение, и пробуждая какую-то первобытную ярость. Последней каплей послужил невинный поцелуй в щеку. Ему Марина не позволяла даже приблизиться, удерживала на расстоянии, а этот незнакомый парень удостоился и объятий, и лобзаний.
Мотоцикл зарычал, парень вернул шлем на голову и нарочно громко газуя, вырулил на дорогу. Марина несколько секунд смотрела ему вслед, а потом, словно почувствовав взгляд Ильи, нашла глазами его перекошенное от злости лицо.
– Ты виноград обрезал?
Он спрыгнул с лестницы на землю, хищно клацнул секатором.
– Кто это был?
– Женька, – Марина зашла во двор и оглядела ухоженную аккуратную беседку. – Бывший одноклассник.
– Понятно. – Илья сложил лестницу, нарочно громыхая металлическими ножками.
