Воскресные и праздничные службы Настя исправно посещала. Как и другие сельчане, читала она молитвы, но мысли ее были почти всегда далеко, думала она о разном: и о плохом, и о хорошем, о вещах серьезных и несущественных. Печальная ли она была, влюбленная ли порхала как бабочка, да только не видела пред собой образ Божий, к которому неосознанно взывала молитвами. Теперь же жила она верою, что сможет достучаться до небес.
Как агнец, отбившийся от стада, старалась Настя найти путь обратно, раскаяться и спасти своего ребенка. Три раза перекрестившись и приложившись в иконе, девушка опустилась на колени и горячо взмолилась:
– Отец наш небесный, Господи, прости меня за провинности мои, прости за то, что зачала во грехе дитя, за то, что была заложницей плоти своей, и за то, что плохо думала о родной сестре. Готова я понести наказание и ответить за все дурные мысли и поступки, только молю об одном, Господи, дай моему ребеночку родиться здоровым и крепким. Дай ему познать любовь твою, освети его светом твоим. Взываю к тебе, пощади душу чада моего, отведи от него беды вся…
Молилась Настя, плакала горько, понимая, как сильно желает она прервать этот порочный круг бед и смертей, преследовавший ее и сестру с самого рождения. Готова она была принять уготованную ей судьбу, принять боль и страдания, лишь бы все, кто был ей люб, смогли жить и быть счастливыми. И даже подлое предательство Олимпиады больше не беспокоило ее сердце. Сестра была частью ее самой, а значит – такой же, как она. Настанет время, когда и Олимпиада вспомнит слова бабушки Аглаи, отпустит прочь обиды и ненависть.
Господь и несколько десятков других святых ликов мрачно взирали на девушку, словно храня молчаливый укор. Свечи догорали, и казалось, что вот-вот погрязнет все во мраке и тьма заберет ее в свою обитель. Но еще оставалось немного времени перед смертным часом, чтобы отмолить своего первенца, которому возможно грозила страшная участь.
В поздний час, когда молитва была закончена, встала Настя, перекрестилась и вышла из церкви. Путь домой был не долгим, но хотелось девушке после душной комнаты надышаться свежим апрельским воздухом. Никогда еще не ощущала она так всю прелесть весны. Словно откинув прочь белый саван, настало время новой жизни. И как чудесно видеть все это, наблюдать, как с каждым днем меняется природа, насыщаясь яркими красками. А потом придет лето – яркое, жаркое, томное. Увидит ли она его? Сможет ли она, как мама, выходить во двор с младенцем на руках, и греться под теплыми солнечными лучами?
Внезапный страх одолел Настю, но как непрошеный гость, покинул ее поспешно. На все воля Божья.
Утром первого мая всю деревню поразило страшное известие – умер Алексей Кузьмич. Так как ухаживать за больным мужем Аде было противно, она наняла старую женщину, давнюю знакомую матери мужа, которая приходила не только смотреть за больным, но и вести дела по дому.
Олимпиада тем временем почувствовала любовь к жизни. С появлением Виктора почти все у нее пошло как по маслу: сестра и тетка совсем не беспокоили, муж слег, а на других жителей села внимания она не обращала. Временами вспоминала она о том, что все же повинна в страданиях мужа, но чудесным образом вся боль ее исчезала, когда видела она Виктора.
Еще задолго до кончины кузнеца, Виктор предложил Аде перебраться к нему. Но было несколько причин, по которым Ада все же на переезд не решалась. Во-первых, несмотря на то, что ни Виктор, ни Ада не боялись осуждения со стороны, девушка не хотела бросать мужа в такой тяжелый для него час. Во-вторых, маленькая хата кузнеца не шла ни в какое сравнение с домом Алексея Кузьмича. Олимпиада, уже привыкшая к комфорту, не желала покидать хоромы. А в-третьих, Ада и так частенько заходила в гости к возлюбленному, так что спешить с переездом было не обязательно.
В последний день апреля Виктор пришел к Аде и предложил ей прогуляться по лесу. Уже не раз он говорил ей о том, что девушка обладает особенной силой, с которой, при правильном обращении, можно и горы свернуть. Он часто спрашивал о ее родственниках и больше всего интересовался бабкой Аглаей.
До встречи с Виктором Олимпиада знала о ведьмах только то, что они вредят людям и потом за это могут жестоко поплатиться. Свою бабушку Ада ведьмой не считала, но при этом помнила, как желали ей смерти почти все жители деревни. Виктор же разъяснил девушке, что ведьмы могут многое, в том числе заглядывать в будущее и даже менять его. Что могут они управлять людьми, вершить судьбы и делать другие совершенно невообразимые вещи.
По окончанию одного из разговоров спросил он у Ады, имеется ли у нее большое родимое пятно, и девушка подтвердила, что есть на левом бедре. Сказал Виктор, что это особая метка, оставленная высшими силами. Других слов он не употреблял, потому, как и адские существа тоже являлись силами высшими. А кто конкретно наделял человека особыми способностями, значения уже не имело. Главное – конечный результат.
