– Внешность обманчива, однако нельзя исключать, что она могла быть просто свидетелем или находиться с Эриком в близких отношениях, – пробормотал Роберт. – Но мы были правы. Берн действительно был в курсе всего. Видимо, он собирался просто уволить причастных тихо, но после смерти Эрика все пошло не по плану. Кстати, а кто вообще подал заявление в наш участок? Почему в нашей юрисдикции рассматривать дело, если тут есть другой участок?
Джейн на секунду задумалась и вытащила из-под кровати свою дорожную сумку, на дне которой лежала папка с самыми важными файлами. Перед отправкой на остров пришлось подготовиться: полицейское управление не горело желанием направлять конфиденциальные документы на личные почты, которые будут открываться через рабочие компьютеры «Фаррера». Девушка пролистнула несколько файлов, пока не дошла до постановления о возбуждении уголовного дела.
– Основанием указано заявление миссис Фисбер о пропаже человека. Берн не сообщал о смерти Эрика на континент. Он даже его близким ничего не сказал, – нахмурилась Джейн. – Через два дня после заявления факт смерти был подтвержден врачами «Фаррера», а дело осталось нашим на основании первичной подачи заявления.
– Берну было невыгодно проведение расследования, – проговорил Роберт. – Факт издевательств вскрылся бы, рано или поздно. Он пытался оттянуть это, поэтому все пациенты были под препаратами или ничего не говорили. Поэтому он запретил медсестрам общаться с нами. Пытался свой зад прикрыть.
– И не только свой, – протянула девушка. – Берн вполне недвусмысленно говорил о том, что у Эрика были сообщники. Если он не блефовал, должны быть какие-то доказательства. К тому же… Почему он упомянул Жаклин?
Джейн перенесли файл с флэшки на ноутбук.
– На допросе Сильвии Стоун была не смена Элвуд, – произнес детектив. – Там была Хоул, которая и встречала нас в первый день. Если ей доверили это, она должна быть вне подозрений. Или, по крайней мере, Берн в этом убежден. Сомневаюсь, что он с порога послал бы к нам садистку, слишком велик риск.
– Жаклин мы впервые встретили случайно, когда искали ключи от двери во внутренний дворик. Нельзя полагать, что это укрылось от глаз Берна, – продолжила его мысль девушка.
– Он мог решить минимизировать наш контакт с остальными сотрудниками. Выделил несколько человек, в число которых попала и Элвуд. Не по его воле.
– И что делать будем? – устало спросила Джейн.
– Когда разберемся с убийством Эрика, выделим день на допрос медсестер. Начнем с Жаклин. Пусть они до последнего не догадываются, что мы в курсе ситуации. Нам лишние проблемы не нужны – своих достаточно. Не хватало еще, чтобы Элвуд внезапно уволили или она решила уйти в незапланированный отпуск за свой счет.
– Я сохраню записи, допросы проведем в последний день, – согласилась Рид.
– Мотивом убийства могла быть не только месть. Берн должен быть хорошим психиатром. Надо понять, мог ли он склонять кого-то из наших субъектов к убийству на сеансе.
Сломанными людьми легко управлять. Они готовы цепляться за малейшее проявление доброты и участия, вгрызаться в мираж стабильности, чтобы выкарабкаться из пропасти собственного рассудка. Вложить в голову идею не так сложно. Громоздкий аппарат государственной пропаганды справлялся с этой задачей веками, манипулируя вполне «здоровыми» людьми. Достаточно заставить человека думать, что идея родилась у него сама, а принципы выработались на основе жизненного опыта, а не по велению кукловода. Важно замаскировать тонкие нити, чтобы марионетка твердо верила в собственную независимость, послушно дергаясь и извиваясь в угоду другим.
– Нельзя исключать, что Берн рассчитывал избавиться от тела во время очередного шторма. Несчастный случай, копать бы не стали.
На секунду Джейн вновь вспомнила ужасный вечер в морге, когда казалось, что весь мир ополчился против детективов.
– Мне страшно, – вдруг призналась девушка. – От этого места и от этих людей… У меня мороз по коже. И кошмары.
– Я уже говорил: гораздо хуже было бы, если бы тебе тут нравилось.
– Им же ничего не стоит просто избавиться от нас. На следующем допросе какой-нибудь Дейв придушит меня, а его даже не осудят. Он уже тут отбывает пожизненное.
– Я не дам никому тебя задушить, – безапелляционно заявил Роберт. – Это будет моей привилегией, не волнуйся.
– Они ведь даже во сне меня могут убить. И тебя. Они уже могли подсыпать что-то в наш чай, чтобы мы не проснулись, – голос девушки срывался от рвущегося наружу отчаяния.
– Джейн… Послушай меня внимательно. У тебя начинается паранойя. Иногда это полезно, но ты выбрала вообще не лучшее время, чтобы сходить с ума.
– Да? – Джейн нервно рассмеялась. – А, по-моему, вполне неплохо. Далеко ехать не надо будет, – она отвернулась, вглядываясь в тьму за окном.
– Тебя беспокоит только то, что тебя тут могут попытаться убить? – тихо спросил Палмер.
– Только? – едко переспросила Джейн, стараясь проглотить накатывающую истерику.