– Американцы и русские никогда не должны ни убивать друг друга, ни вообще допускать развязывания новой войны. Американский и советский народы имеют все возможности для плодотворного сотрудничества.
Андрей Андреевич вспоминал:
Посол установил доверительные отношения с вице-президентом, и Генри Уоллес пригласил Громыко на выходные в свою резиденцию. Он поведал гостю, что его расстроила предвыборная поездка по западным штатам. Андрей Андреевич немедленно сообщил в Москву о тревожном разговоре с вице-президентом: «Большинство населения этих штатов на стороне республиканцев. Влияние рузвельтовцев-демократов в этих штатах упало. Уоллес выразил мнение, что если бы выборы происходили в настоящее время, то демократы потерпели бы поражение и президентом был бы избран республиканец». Телеграмму расшифровали и тут же доложили Сталину.
К огорчению Андрея Андреевича, Рузвельт не предложил Уоллесу баллотироваться вместе на новый срок. Почему?
Яркий политик, биолог по образованию и профессии, Генри Уоллес с 1933 года занимал пост министра сельского хозяйства. В 1940 году Рузвельт предложил ему вице-президентство. Уоллес являлся сторонником рузвельтовского «нового курса» и подлинно демократической Америки, выступал в защиту гражданских прав. Но он был, пожалуй, слишком интеллигентен для практической политики, учил русский язык, любил на досуге бросать бумеранг, увлекался мистикой – советовался с духом ушедшего из жизни индейского вождя. Для циничных политиков неприемлем.
Директор ФБР Эдгар Гувер вообще считал Уоллеса советским агентом. Телефонные разговоры вице-президента прослушивались, его письма вскрывались, иногда за ним даже следили. ФБР глубоко проникло в американскую компартию – с помощью информаторов. И Гувер докладывал Рузвельту, что коммунисты считают идеалиста Уоллеса человеком, которым можно манипулировать.
Трудно сказать, насколько доносы директора ФБР повлияли на решение Рузвельта выбрать другого кандидата на пост вице-президента. Скорее, помощники предупредили его, что присутствие Уоллеса в избирательном бюллетене может стоить ему от одного миллиона до трех миллионов голосов.
Джеймс Бирнс, который потом станет государственным секретарем Соединенных Штатов, казался очевидным кандидатом в вице-президенты. Но Бирнс был католиком, а женившись, перешел в протестантизм. Ясно, что католики за отступника голосовать не стали бы. К тому же южанин Бирнс являлся сторонником расовой сегрегации.
– Если дать неграм политические права, – пугал однопартийцев Бирнс, – они не только вступят в демократическую партию, они станут контролировать нашу партию.
Южане не хотели Уоллеса, потому что он выступал за равноправие. Северяне не принимали Бирнса как раз за обратное.
Тогда возникла кандидатура сенатора Гарри Трумэна как очевидно компромиссная. Сам он не знал, как ему относиться к перспективе вице-президентства. Делился с другом своими сомнениями:
– Вице-президент председательствует в Сенате и ждет похорон.
Партийные боссы решили в пользу Трумэна. У Трумэна не было врагов, он придерживался умеренных взглядов, что всех и устроило.
