путешественника была исчезающе мала... Однако именно в Лаутагане такая вероятность была
выше, чем где-либо еще. Лаутаган, город ювелиров, славился своими драгоценными камнями,
среди которых время от времени должны были попадаться и Истинные Камни, не отличимые на
взгляд смертного от обычных алмазов, рубинов, сапфиров и т.п. Дэвид знал, что маги часто
путешествуют по мирам в поисках подобных камней. Время от времени они должны были
появляться и в Хешоте. Следовало расставить сети и ждать. По его просьбе король вызвал во
дворец всех ювелиров.
— ...Вы будете докладывать мне обо всех людях, делающих заказы на большие партии
драгоценных камней, — сказал Дэвид. — Есть два признака, на которые следует обращать особое
внимание. Во-первых, интересующие меня люди будут покупать только самые крупные камни.
Во-вторых, почти наверняка — хотя и не обязательно — они будут расплачиваться новенькими,
будто бы только что изготовленными монетами... Я прекрасно знаю, что большинство из вас
занимается контрабандой алмазов и совсем не расположено «светить» их... Но! — Дэвид сделал
паузу и медленно оглядел всех присутствующих ювелиров. — Меня эта сторона вашей
деятельности не волнует вообще. Тот из вас, благодаря кому я отыщу искомое, получит сто
золотых. Тот, кто захочет меня обмануть, может забыть не только о контрабанде, но и о своей
лавке, о своем имуществе и прочих... радостях жизни. Я все сказал. Ваше дело — принимать мои
слова всерьез или нет.
На самом деле он, конечно, не собирался выполнять свое обещание, достаточно было и
самой угрозы, чтобы заставить ювелиров зашевелиться. Каждый из них немедленно снабдил
Дэвида информацией о своих основных покупателях. Большую часть этих сведений можно было
сразу выкинуть в мусорный ящик. Явно не то, что нужно. Десятки людей были проверены лично
Дэвидом. Он катался по всей стране, но всякий раз это оказывались либо феодалы, решившие по
какой-либо причине совершить покупку анонимно, либо заезжие торговцы, либо путешествующие
инкогнито богатые иностранцы.
Так прошел год.
В середине следующей зимы, когда небо было ясным, а снежок звонко поскрипывал под
ногами, во дворец постучался подмастерье одного из ювелиров. За минувший год Дэвид уже
привык к подобным визитам и почти ни на что не надеялся. Скорее всего, это была ложная
тревога, но проверить следовало. Судя по описанию присланного из лавки молодого человека,
покупательница была какой-то странной — вежливая, располагающая, судя по всему, огромным
количеством золота, но почему-то прибывшая в лавку одна, без охраны. Ее интересовали и
мелкие, и крупные камни, все, которые только можно было достать. Расплатилась эта женщина
новенькими, будто только-только отчеканенными золотыми монетами. На завтрашний день
назначила еще одну встречу. Хозяин ювелирной лавки собирался вычистить все склады, тряхнуть
всех своих поставщиков, а незнакомка готова была заплатить за все это чистым золотом, даже не
заикаясь о скидке, полагавшейся ей за оптовую покупку.
С утра Дэвид торчал в лавке, наблюдая за немногочисленными посетителями. Миновал
обед. Дэвид зевал, размышлял о вечном, поглядывая по сторонам сквозь Око — как вдруг его
словно током ударило. Появление вчерашней странной покупательницы он почувствовал еще до
того, как она зашла в лавку. Он словно уменьшился в тысячу раз, превратился в муравья, на
которого надвигалось что-то огромное, подобное буре или летящей с горы лавине. Он был
колдуном, он дважды изменил историю этого королевства, но по сравнению с тем, что
надвигалось на него, он был никем, был не больше чем простой смертный. И, от простого
смертного, отличался только тем, что мог видеть, чувствовать, ощущать неизмеримую мощь,
сконцентрировавшуюся где-то неподалеку и теперь не спеша приближавшуюся к лавке. На окнах
расцветали удивительные морозные узоры — цветы, листья, языки огня... Дверь скрипнула, и
темноволосая женщина в беленькой шубке с меховым воротничком зашла в магазин. Дэвид
сглотнул.
Ощущение чужеродной мощи внезапно пропало. Источаемая женщиной Сила как будто бы
втянулась в нее, сжалась где-то внутри и затаилась до времени. Дэвид потихоньку начал
приходить в себя. Взбесившееся магическое восприятие постепенно устаканивалось, мысли
перестали метаться внутри черепной коробки, и снова начали цепляться одна за другую.
Незнакомка спокойно подошла к ювелиру и осведомилась относительно вчерашнего заказа.
«Она знает, что я колдун, — подумал Дэвид. — Ей на это попросту наплевать...»
Сейчас, когда он, наконец, нашел то, что так долго искал, и надо было немедленно
действовать, он заколебался. Как подойти, как заговорить... не к женщине — разве это женщина?
