- Сегодня у вас полный порядок: Япончик держит дело в Америке. Михай проводит наркотики через Дальний Восток. Ты занят отмывкой денег через Европу и Америку…
- Ну ты даешь, начальник!..
- Большой концерн. Ну и, конечно, много мелких местных дел… Таких всегда хватает возле крупных дел - без суеты никому не обойтись… Все правильно пока?
Сева пожал плечами:
- Рассказывай, рассказывай - это твоя сказка.
- А твоя? - Бондарович ухмыльнулся. - Ты мне свою не расскажешь? Не порадуешь?
Сева поджал губы:
- Я в законе, оперу не пою.
- Ругаться вам Япончик не разрешает, - вздохнув, уточнил Бондарович, - да и повязаны вы крепко на одно и то же дело, хотя с разных концов, перспективы большие.
Вроде делить вам нечего.
- Делить всегда есть чего, - философски заметил Сева Могилевчук.
Однако Александр пропустил его замечание мимо ушей:
- Так вот ситуация в корне изменилась, но тебе об этом еще ничего не известно…
- Решили позаботиться обо мне и вытащили с утра под пистолетом для консультации? - Могилев откинулся на стуле и принялся покачивать ногой. - Спасибо за доброту, я лучше домой пойду.
- Лет через…
Глаза Севы стали злыми:
- Через сколько?
- Япончика взяли на горячем. Сегодня весь день ведутся допросы.
- Где?
Бондарович закурил новую сигарету, открыто наблюдая за лицом "вора в законе". Глядеть на него Банде удовольствия не доставляло. Казалось бы, обычное лицо делового человека, волевого и уверенного в себе. Однако лицо это могло вмиг искривиться в отвратительной гримасе, а правильная и спокойная речь в любую секунду могла смениться изощренной и грубой "феней". Кто-кто, а уж Сева "феню" знал!.. Точно так же деловой человек мгновенно превращался в нем в "делового" - вора, для которого грабежи, вымогательство и убийства - такие же привычные операции, как кредит и оплата налогов.
Могилевчук заинтересовался и забеспокоился. Понятно, арест Япончика не мог не затронуть его интересов, и реагировать тут нужно было быстро…
Бондарович заметил его беспокойство:
- Допрос ведется в Америке, конечно. Он же на родину не собирался.
- На чем он спекся?
- Вымогательство, взят с поличным.
- Туфта!.. - сверкнул глазами Сева.
- Пытался получить с фирмы "Саммит Интернешнл" три с половиной миллиона долларов для банка "Чара".
Знакомо?
Несколько секунд длилось встревоженное молчание.
Банда подмигнул собеседнику:
- Конечно, знакомо. Ты сам выводил Садыкова и Коростышевского на Япончика. Они приехали в Нью-Йорк и вместе с Япончиком попытались накатить на "Саммит Интернешнл", а те струсили и обратились в ФБР.
Сева расслабился с довольно натянутой улыбкой:
- Допустим. Мне что до этого? У Япончика свои дела, а у меня свои.
- Брехня, Могилевчук, - засмеялся Александр, - плохая мина при плохой же игре. Япончик оставит теперь активную деятельность на много лет. Как бы дело ни пошло, а ФБР и суд присяжных засадят его на максимально возможный срок, - просто для того, чтобы показать, что им не надо русской сволочи на своей земле, собственной уголовщины хватает. А что из этого следует? Сечешь за мыслью?
- Что?
Голос Севы не дрогнул, сигарета в руках не затряслась, но Бондарович прекрасно понимал, что мозг вора в законе сейчас лихорадочно просчитывает все возможные последствия этого внезапного ареста в Америке.
- На деятельность всех фирм, связанных с Япончиком, будет наложен арест и будет произведена их тщательная и детальная проверка.
- Ну, и что?
- Это значит, что Интерпол проверит и твой "Арбат интернешнл", по которому деньги идут в Будапешт, и "Ритуал", и "Аткома" в Вене, и "Славик Инкорпорейтед" в США, - перечислял по пальцам Бондарович; он неплохо владел информацией. - Еще назвать?
- Как хочешь.
- Как по-твоему, что найдут?
- Ничего, - голос Могилевчука был холоден, как затвор пистолета на морозе.
Александр опять сверлил Севу глазами:
- Может быть, и ничего. Хотя вряд ли… Но самое главное, ты понимаешь, не в этом.
- Так в чем же, чем ты меня хочешь напугать, майор? Интерполом? Плевал я на него, - Могилевчук и правда едва не плюнул на пол; наверное, бандиту все труднее было держать себя в руках - он был довольно импульсивный человек.
- Япончик надолго вышел из активной игры. Он, конечно, сможет и из камеры при помощи адвокатов вести стратегическую линию вашей "корпорации" или "фирмы", Как ее называет ваша "братва", - начал объяснять Александр. - Но кто-то из ближайших помощников должен заменить его по многим тактическим или, если хочешь, рутинным, вопросам здесь, на свободе…
- Известно, заменят, - согласился Сева.
- А теперь представь, что ты сначала просидишь в Лефортово тридцать дней, потом я предъявлю тебе обвинение в незаконном вывозе капитала за рубеж - на основании тех документов, которые мне предоставит Интерпол за эти тридцать дней. Вполне реальная перспектива, правда?.. - Александр чувствовал, что садится на белого коня. - И еще я побеспокоюсь, чтобы "тюремная почта" для тебя работала очень плохо, и Розбашу твоему продажному создам некоторые затруднения, чтобы он твои "ксивы" на волю не таскал…
Могилевчук слушал его с мрачной физиономией.
Александр продолжал:
