Андрюха, у нас… полностью

– Слово сказано! – провозглашает наблюдающий, когда писатель максимально уверенно и восторженно говорит о себе без единой тени сомнения.

– Слово услышано! – подтверждаю я.

– Вы – настоящий писатель, как мастер слова говорю, – кивает Славка, пока писатель прислушивается к себе, привыкая к новым ощущениям. – Еще скажу вам по секрету: если вы сейчас отправитесь к трамвайному кольцу за пончиками, то встретите музу. Она никак не найдет своего писателя, чтобы дарить ему вдохновение, вот и заедает тоску сладким. Как раз пошла за очередной порцией.

Когда писатель радостно устремляется в сторону Главного входа, я спрашиваю наблюдающего:

– Почему ты не хотел в Москву? Все же хорошо. Человеку самооценку за пять минут подняли. Музу-сладкоежку осчастливили. Равновесие соблюли, пусть и на чужой земле.

– Как тебе сказать…

– Скажи как есть.

– Понимаешь, в Питере у меня меньше чем за год появилось практически все, чего много лет невозможно было добиться в Москве, – нехотя делится он. – Поэтому мне странно возвращаться в город, с которым реально был роман, но который так и не стал родным. Мне казалось, в Москве я сразу обрету своих, раскроюсь в полную силу, добьюсь желаемого. В итоге много работы, до фига и больше проверок на прочность и постоянная необходимость доказывать, что ты имеешь право тут находиться и занимать определенные должности. Например, у меня как у открывающего двери даже напарника не было, хотя открывающие, в отличие от наблюдающих, как раз таки работают парами!

Некоторое время Славка молчит, будто раздумывает, хватит с меня этой информации или нет, потом все же добавляет:

– Практически все, чего мне хотелось от Москвы, сложилось в Петербурге. Хотя, честно тебе признаюсь, когда оно сбывалось, было страшно, что меня сейчас опять поманят красивой картинкой, а потом провезут мордой по асфальту. Знаешь, сколько раз мне казалось, что я тебя позову, а ты придешь и скажешь: «Все, я наигрался в приключения, больше не хочу, у меня свои дела и своя жизнь»?! Еще и перед Москвой теперь стыдно, что оно вот так вышло: надежды были на нее, а достижения все в Питере. Конечно, было много полезного, много ценного, но…

Знал бы ты, Славочка, думаю я, сколько раз мне казалось, что ты не спустишь мне очередной глупой выходки и больше никогда не позовешь участвовать в этих самых приключениях.

– Слав, не мне тебе объяснять, что, значит, таков был путь. – Я кладу наблюдающему руку на плечо. – Значит, так было надо по судьбе.

– Знаю, – грустно соглашается он, – но мне пока необъяснимо тяжело. Это как с ВДНХ – вроде классное место, но у меня вызывает отторжение, и я, мастер слова, все эти годы не могу найти слов, чтобы объяснить почему.

– Пойдем еще погуляем, – говорю я. – Возьмем кофе, попробуем местных пышек, пончиков то есть. А обратно предлагаю поехать на поезде. Есть же, наверное, какие-нибудь волшебные поезда, в которых время идет нелинейно – вроде как мы восемь часов едем, а в человеческой реальности проходит всего ничего?

– Есть, конечно. «Восточный экспресс», например. Не легендарный человеческий, а самый знаменитый скорый Восточной Земли, проходящий через все обитаемые миры, – отвечает Славка и уверенно кивает. – Да, погуляем до поезда. Может, твоя компания примирит меня с этим местом.

– В следующий раз пойдем гулять по Арбату, – уверенно заявляю я. – Заодно, может, еще кого спасем.

– Они собрались погулять по Арбату, а в итоге спасли мир, – фыркает Славка. – Похоже, таков наш путь.

– Судьба и карма! – важно добавляю я.

Наблюдающий радостно смеется, а я его поддерживаю.

– Знаешь задачу про семь мостов Кенигсберга? – требовательно спрашивает русалка.

О господи, конечно нет! Я вообще не местный!

– Чтобы ее решить, кайзер Вильгельм Второй приказал построить восьмой, – слышу я собственный голос.

Боже, откуда это в моей голове?! Какой кайзер Вильгельм (да еще и Второй)?!

– Недоказуемо, но как городская легенда имеет место быть, – фыркает русалка.

– Короче, чего от меня надо-то? – Я сажусь и пристально смотрю на нее.

Вот так лежишь себе на пустынном пляже, а потом появляется блондинистая девица с чешуйчатым хвостом (я так и не понял, приползла ко мне по берегу, что ли, или все-таки телепортировалась?) и задает дурацкие вопросы.

– Как это чего? – Русалка морщит носик. – Ты подходишь для решения задач с мостами!

– Нашли дурака. – Некоторое время я сижу, а потом встаю и начинаю одеваться. – У меня выходной. Задач мне и дома хватает.

Русалка тоскливо вздыхает и изображает незатейливую пантомиму, которая сообщает мне, что я действительно дурак.

– Если я умею ходить по слоям реальности и вижу волшебных существ, – замечаю я, – это еще не значит, что я обязан вам всем помогать. Повторяю для тех, кто с первого раза не услышал: выходной у меня.

– Ну пожалуйста! – умоляюще тянет русалка. – Дело неотложное, а ты ближе всех.