Ангатир (СИ) полностью

— Люта! Иди к нам! Скорее! Ну чего же ты?

Милослав такой красивый, счастливый, любящий. Люди празднуют, все дома целые. Это сон или все взаправду? Хотелось бы, чтобы взаправду.

— Люта?

— Отец…

— Чего праздновать не идешь, девочка моя? — ласковая улыбка на таком знакомом лице внезапно исказилась гримасой боли. Миг и голова уже на пике, а на землю капает кровь.

Кап…кап…кап…

Она больше не боится.

Она знает, что это не сон.

Вокруг пожарище и пахнет горелым, от дыма першит в горле, словно бы и правда это площадь Глиски.

Черные колдовские глаза внимательно вгляделись в родное лицо. Люта протянула руку, нежно провела кончиками пальцев по застывшей в предсмертной муке щеке отца.

— Я верну тебя, вас всех. И отомщу.

Люта открыла глаза на той же поляне, прикрытая собственным платьем, рядом пристроилась Ягиня. Вездесущий Тодорка безразлично жевал траву, периодически притоптывая копытом, ему было все равно на человеческие горести, мечты и чаяния. Пахло медом. Люта втянула в себя этот аромат, выгоняя из ноздрей память о сгоревшей деревне.

— Я справилась, — ровно сказала она, не глядя на Ягиню.

— Можно и так сказать, — ответила женщина, жуя травинку. — Через три дня отправишься в путь, но прежде узнаешь, что тебе искать надо. Иди в избу.

Уже такой знакомый, успокаивающий отвар, ткнулся в руки по возвращению домой. Да, Люта уже могла называть домом это странное прибежище, где была она, Яга и конь. Она хотела называть его домом. Аромат душицы и мяты пощекотал ноздри, медку бы еще, да не балует сладким наставница.

— Отправишься утром, дам тебе с собой клубочек. Шепнешь ему, кто тебе нужен, он к нему и приведет. Человек тебе нужен особый, и не человек вовсе, а чудь. Не смотри на меня так, Люта. Не легенда это и не сказка. Такой народ существовал, осталось только от него одно название, да парочка живых. Чудь приведет тебя к камню. Ангатиром зовется. Силами обладает огромными, что мертвых поднимать, что живых успокаивать. И только чуди одни и знают где камень этот. Но только не отдадут они тебе его и не приведут за ручку. Уж очень народец упрямый. Ну да ничего и на них управу найти можно. Когда отправишься в путь шепну я тебе секрет их, который мало кто знает, а там сама разберешься, зря что ли я время на тебя тратила.

Спустя три дня Люта пустилась в путь. Яга и правда шепнула ей на ухо секрет, вот только что делать с ним, Люта пока не знала, но у нее впереди был длинный путь, так что время на раздумье имелось. Уже выходя из леса, чтобы попасть на главный тракт, Люта услышала тихий клекот. Она повернула голову вправо и увидела на ветке ближайшего дерева необычную птицу. Тело было птичьим, а вот голова человеческая, женская.

«Гамаюн-таки», — в ужасе подумала Люта и ускорила темп, старательно зажимая уши.

Но не успела…

Куда б не завела тебя дорога,

Повсюду ждет тебя одна тревога.

И боль, и кровь, и смерть — твоя заслуга.

И цель твоя ничтожна — что за скука.

Ты та, что горе принесет

Тому, кто смог бы разделить с тобою долю,

Что горше уготованной тебе одной лишь боли.

Осталось сделать шаг, но вот куда:

Направо — ждет тебя тоска,

Налево — будешь сеять смерть сама ты,

Назад — в землицу ляжешь рядом с теми, кого спасать изволила ты невзначай.

Ну а вперед шагнешь — так обретешь ты, столь долгожданный и желанный всем покой.

Подземный переход дался очень тяжело. Гату питался силой, что давали жёны, но того все одно не хватало, чтобы протащить пятерых до самого дома. Земля приняла чудские тела и выпустила, едва их связь стала нарушаться.