Ангел для кактуса полностью

Он смотрит на Алексея, и тот приветливо машет нам рукой, а потом указывает на своего «делового партнера», как бы напоминая, что пикник с ним – опасное дело.

Ника толкает меня ногой под столом.

– Езжай!

– А ты?

– А что я? Меня еще никогда не приглашали на свидание таким неординарным способом, – добродушно смеется она.

– На свидание? – переспрашиваю я. – Да он просто клоун!

И в тот же миг мне хочется прикусить язык.

На самом деле, конечно, я так не думаю и все совсем наоборот! Внутри меня ликует и трепещет вся Эквестрия – будто я боксер, отправивший в нокаут не меньше сотни многочисленных Катерин.

Эй, есть там кто еще в этой километровой очереди?

Но я не верю. Не верю, что все может быть так просто. Я видела его подругу, я представляю, в каких кругах вращается Алексей. Что он хочет от меня – это ли не загадка?

– Так что передать? – в который раз спрашивает официант, и его заезженная пластинка начинает надоедать.

– Передайте, что она согласна, – отвечает за меня Ника.

– Нет! – вскакиваю я, но тут же сажусь обратно на стул. – То есть… я еще не решила.

– Решайся!

– Решайтесь, – поддакивает бородач.

– Тем более ты со своим парнем, – смеется Ника. – Чего тебе бояться?

– Я не боюсь.

– А что тогда?

А что тогда?

Я задаю себе тот же вопрос и не нахожу на него разумного ответа, которым смогла бы прикрыться. Не вываливать же прямо: влюбилась как дура и теперь боюсь, что в итоге надо мной посмеются. Кто он, а кто я? Мы из параллельных вселенных! Я мысленно скулю: придумывать отговорки для самой себя у меня получается гораздо лучше, чем объясняться на публику.

– Ладно, – соглашаюсь я.

– Она согласна! – выкрикивает с места Ника.

– Она согласна, – улыбаясь, повторяет официант.

Не хватает только бурных оваций от других столиков!

Но, слава богу, на нашу психбольницу никто не обращает внимания.

Едва сдерживая смех, мы вываливаемся из дверей кафе, и как только оказываемся на улице, Лина легонько пихает меня локтем в бок.

– Эй! Как ты нашел меня?

Я поднимаю «парня» вверх и слегка потряхиваю его, держа двумя пальцами за миниатюрное кашпо.

– Я подлизывался к твоей маме.

– Что? – смеется она. – Опять?

А потом строит забавную рожицу: вытягивает губы трубочкой, надувает щеки и часто-часто хлопает ресницами.

Мне нравится, как она это делает – легко и непринужденно, без оглядки на что-то или на кого-то. Так, как мы все дурачились в детстве. Завитки ее непокорных волос прыгают по оголенным плечам, и Лина убирает их за спину одним небрежным взмахом руки. А потом растопыренной ладонью расправляет складки на платье, заставляя меня умилиться даже этому неказистому движению.

– Кстати, тебе привет от Ларисы, – вспоминаю я.

Она улыбается. Ее улыбка летит к солнцу, по пути разгоняя тучи.

Я смотрю вдаль, туда, где полчаса назад майское небо заволокла непроглядная синева, и вижу огненно-красный воздушный шар, медленно уплывающий в просветлевшую высь.

– А это откуда? – Лина указывает на «одежду» кактуса, потом забирает его у меня и осматривает. – Он выглядит как с иголочки!

– Он готов покорять «Инстаграм», – серьезно сообщаю я и распахиваю перед ней дверцу машины, предлагая сесть.

– Думаешь, стоит попробовать?

– Уверен!

– Твоя уверенность меня пугает, – весело заключает она и без лишних вопросов устраивается на сиденье.

Кажется, Лина окончательно спрятала свои колючки, и мне хочется взглянуть на нее по-другому. Быть может, она откроется мне с иной, еще неизведанной стороны.

Я обхожу машину, сажусь за руль.

– Так откуда это? – снова интересуется она.

– Из одного фирменного магазинчика, – смеюсь я и включаю кондиционер. – И да! Там одевается кое-кто еще. Надеюсь, он сегодня тоже выглядит с иголочки? – подначиваю ее, чтобы спровоцировать на парочку «любезностей», по которым я уже успел соскучиться.

На удивление, Лина не фыркает и не взрывается.

– Он выглядит так всегда, – спокойно улыбается она. – Самовлюбленным супчикам держать марку положено по статусу.

– И это ему удается?

– Вполне, – все тем же ровным тоном соглашается она.

Но я пропускаю мимо ушей этот сдержанный комплимент, потому что успеваю заметить пуговки-ямочки на ее щеках.

Интересно, Лина догадывается, что в эту минуту я восхищаюсь ими не меньше, чем в первый раз? И может ли она представить, как идет ей это простенькое бледно-голубое платье?

Мы пристегиваемся и выезжаем на Проспект, но почти сразу же уходим с главной артерии влево и по извилистым улочкам спускаемся вниз, к набережной. Воздушный шар сопровождает нас, ярко-красным пятном маяча вдали. Лина замечает его и завороженно наблюдает за неспешным полетом всю дорогу, пока мы не останавливаемся у ворот лодочной станции.

– Пикник? Здесь? – оглядывается она. – Кажется, ты снова затеял что-то ненормальное.

– Подожди минутку, хорошо?

Я выхожу из машины и спешу к пропускному пункту, а постучавшись в окошко, договариваюсь с охранником, чтобы он поднял шлагбаум для нас. Но по пути обратно успеваю усомниться в выборе места для пикника.