– Вы давали вашему бойцу разрешение говорить?
– Никак нет, сэр! – выкрикнул Мосол.
– Объясните солдату правила поведения в строю, – распорядился Кнут.
Командир отделения подскочил к нарушителю.
– Выйти из строя! Фамилия!
Солдат нехотя сделал шаг вперед.
– Гутиерос моя фамилия.
– Рядовой Гутиерос! – прошипел сержант.
– Я не рядовой. Я здесь по ошибке, – набычился латинос.
Сержант стремительной подсечкой сбил новобранца на землю, а когда тот упал, обрушил на него удар тяжелого ботинка.
– Встать! – дыхание сержанта даже не сбилось, голос звучал ровно и даже как-то приглушенно.
Солдат корчился на горячем асфальте, не в силах вздохнуть.
Ботинок сержанта снова врезался ему в бок. Тело подбросило в воздух.
– Я буду пинать тебя, пока ты не сдохнешь. Или пока не встанешь, – сообщил сержант.
Через мгновенье ботинок снова врезался в тело.
Гутиерос со стоном встал на четвереньки, затем медленно поднялся. Его шатало, как пьяного.
Взвод не дышал.
Кнут справился с соринкой и теперь безмятежно смотрел вдаль.
– Фамилия!
– Рядовой Гутиерос...
Кулак с хрустом ударил его под ребра. Рухнув на колени, солдат запузырил на губах кровавую слюну.
Мосол одним рывком вздернул его на ноги.
– Когда отвечаешь старшему по званию, надо добавлять «сэр». Тебе ясно?
– Так точно, сэр! – прохрипел Гутиерос.
– Отныне ты говоришь, только когда я разрешу. При любых обстоятельствах. Только я! Имя тебе – Молчун! – сержант вопросительно оглянулся на Кнута. Тот утвердительно кивнул.
– Так точно, сэр! – выдавил Гутиерос. Кровь из разбитого затылка заливала ему шею, пропитывала воротник.
– Фамилия!
– Рядовой Молчун, сэр! – отчаянно выкрикнул латинос.
– Встать в строй, солдат.
– Есть, сэр!
Молчуна подхватили под руки, чтобы не дать ему упасть.
– Сэр, ваше приказание выполнено!
Штаб–сержант кивнул. Мосол прыгнул в строй и снова замер.
– Есть здесь еще попавшие в армию по ошибке? – спросил Кнут.
– Так точно, сэр! – неожиданно для себя ответил Сергей. На него оглядывались как на самоубийцу.
– Выйти из строя! Фамилия!
– Рядовой Петровский, сэр! – четко доложил Сергей.
Кнут подошел к нему и медленно осмотрел свою жертву с ног до головы. Сергей почувствовал, как между лопаток скатилась капля холодного пота.
– У тебя плохо с головой, солдат? – негромко поинтересовался штаб–сержант.
– Никак нет, сэр! – выкрикнул ему в лицо Сергей.
– В твоем медицинском досье сказано, что ты полностью годен к службе. Значит, с мозгами у тебя действительно порядок... – задумчиво продолжал Кнут.
– Тебя били, когда ты подписывал контракт? – внезапно спросил он.
– Никак нет, сэр!
– Так зачем же ты его подписал? – почти ласково спросил командир взвода.
– Обстоятельства вынудили, сэр!
– А сейчас, значит, они изменились... – Кнут задумчиво покивал головой. – Ты, кажется, будешь большой занозой в моей заднице, умник...
Сергей напрягся в ожидании удара.
Штаб–сержант прочистил горло. Взвод замер.
– Мы сделаем так, Заноза, – начал Кнут, гипнотизируя новобранца холодным взглядом. – Ты быстренько летишь в кадровый отдел – это недалеко, всего с километр, берешь там копию своего контракта, и несешь ее мне. И если найдешь в нем пункт, согласно которому не можешь продолжать службу, то даю слово – ты сегодня же покинешь базу. Ну а пока ты развлекаешься, мы с твоими товарищами восполним пробел в их физическом воспитании.
– Рядовой Заноза, выполнять, бегом марш! – рявкнул командир отделения.
– Есть, сэр! – Сергей сорвался с места и помчался по плацу.
– Взвод! Упор лежа, принять! – раздалось за его спиной. – Упали все! Резче!
– Раз... Два... Три... – начали отсчитывать отжимания сержанты.
Глава 11.
Сергей родился на Новом Урале. Его мать – диспетчер космопорта – рано овдовела. Отец погиб во время пожара в лаборатории научно–исследовательской компании, когда Сергею было всего десять. Денег в семье отчаянно не хватало и он рано узнал почем вкус соленой горбушки. Еще будучи школьником, он начал подрабатывать ночным уборщиком в барах по соседству. В университете же ему повезло устроиться на вечернюю работу в библиотеку, где он с головой погрузился в составление каталогов и исправление огрехов капризной поисковой системы. К концу третьего курса он уже замещал должность инженера по коммуникациям и имел благодарность попечительского совета за активное участие в реорганизации университетской сети.
