Оказалось, что, подмяв под себя башню Творца, Второй принялся за миры. Теперь уже его башня была объявлена единственным и неоспоримым центром принятия решений по любым вопросам их жизнедеятельности. Оттуда им поступали планы поставок производимого ими продукта в распределительные центры — и планы эти постоянно росли, несмотря на возражения миров о том, что это стремительно истощает их ресурсы. С другой стороны, заявки на поставки извне необходимого им продукта постоянно урезались, а сроки таких поставок удлинялись.
В результате, излишки всех видов продуктов, производимых мирами, концентрировались в распределительных центрах, контролируемых башней Второго. В случае крайней нужды, получить их оттуда было возможно — но только после длительной процедуры согласования, решающий голос в которой принадлежал Второму. И в обмен на дальнейшее увеличение поставок собственного продукта мира — или ресурсов, которые он использовал для своих нужд.
Апеллировать было не к кому — Творец все еще отсутствовал, а любые заявки по прием ко Второму с жалобой на действия его башни встречали мгновенный и решительный отказ.
Услышав о такой практике, Первый тут же вызвал к себе своего помощника и велел ему особо внимательно следить за металлическим миром, который так и норовил занять такое же положение в их союзе.
— Такие попытки будут лишены всякого смысла, — заметил его помощник размеренным тоном, — если мы ликвидируем образовавшийся дисбаланс за счет принятия миров, производящих недостающие виды продукта.
Первому пришлось согласиться, что свободное волеизъявление миров, позволяющее решать две проблемы одновременно, заслуживает как понимания, так и одобрения.
Молва о его уважительном отношении к праву миров на самоопределение распространилась, судя по всему, еще быстрее.
Скоро к нему на прием начали проситься будущие владельцы миров — тех, которые все еще находились в разработке в его башне. Они не заводили речь ни о каких правах, а всего лишь просили внести в их проекты некоторые изменения. Ничего особенного — слегка откорректировать рельеф, выровнять климат, увеличить размеры суши за счет водных просторов или наоборот, разнообразить флору и фауну — или напротив, свети и ту, и другую только к определенным видам.
После доброго десятка визитов, перед Первым начала вырисовываться вполне определенная картина — в конечном итоге, каждое изменение вело к увеличению производства одного или нескольких продуктов. Причем, по странному стечению обстоятельств, именно тех, в отношении которых в их союзе просматривалась явная нехватка.
Так же, как в их действиях просматривалась рука опытного переговорщика: если у тебя есть то, что нужно другой стороне, права она тебе предложит сама. Причем, любые и самые широкие.
Первый снова вызвал к себе своего помощника.
— Я, по-моему, запретил кого бы то ни было к нам заманивать? — перешел он прямо к делу, как только его помощник ступил в его кабинет.
Прямо на пороге тот удивленно вскинул брови — вежливо склонив при этом голову к плечу.
— Это что за повальная модификация проектов в разработке? — выразился Первый точнее. — У нас работы мало? Есть лишнее время, чтобы языками чесать?
— Работы у нас действительно стало больше, — сокрушенно закивал его помощник. — Но Вы же знаете, что мы обязаны следовать любым пожеланиям заказчиков.
— А откуда это на них такая массовая эпидемия новых пожеланий навалилась? — еще больше сузил Первый направленность своих вопросов. — Причем, таких, которые самым удивительным образом соответствуют потребностям нашего союза.
— И Вы заметили? — широко распахнул глаза его помощник. — Я тоже этим вопросом задавался, и единственное объяснение, которое пришло мне на ум — это новые члены нашего союза. Поверьте мне, Ваша отзывчивость произвела на них совершенно неизгладимое впечатление. По всей вероятности, они просто не могли удержаться от того, чтобы поделиться им с другими. А их недовольство другой башней уже давно стало притчей во языцех. Надо понимать, наши заказчики просто сложили эти два фактора вместе и решили заранее обеспечить себе более надежное будущее.
Первому пришлось согласиться, что стремление миров к лучшему будущему — причем, в рамках их союза, что существенно укрепляло его позиции — заслуживает не только понимания и одобрения, но и полной поддержки.
Единственное, что он при этом не понимал — так это то, что башня Второго подписывала все запрошенные изменения в проекты без единого слова возражения и без малейшей задержки.
Не понимал он также и полное отсутствие какой бы то ни было реакции со стороны Второго после их последней встречи — более того, столь нетипичное бездействие уже начало всерьез его беспокоить.
Наверняка оно было только видимым. После катастрофы в мире Первого Второй зашел уже слишком далеко, чтобы вот так — без малейшего сопротивления — признать свое поражение. Да и все предшествующие катастрофе события указывали на то, что за любым действием Первого следовал его ответный ход.
Часто чужими руками.
Как правило, исподтишка.
Всегда под личиной лучших намерений.
