– Ага.
– И что?
– До того как в анабиоз впасть, я подумала: «Вот бедняга, не повезло парню».
– Так о чем речь шла?
– Я не слышала!
– Хорошо, - сдался я, - будь добра, раздобудь мне его телефон.
– Только служебный!
– Отлично, - согласился я, - буду премного благодарен. Хочешь, сходим в ресторан?
– Да, - откровенно обрадовалась Вера.
– Выбирай любое место. - Я продемонстрировал купеческий размах.
– Опрометчивое заявление, - хихикнула собеседница, - вдруг я «Каторгу» выберу.
Я удивился, второй раз за последнюю четверть часа слышу это название.
– «Каторга»? А что особенного в этой харчевне?
– Ну ты даешь! - изумилась Вера. - Самое шикарное и дорогое место в Москве, туда народ рвется, запись на три месяца вперед.
– Такая кухня замечательная?
– Не знаю, - с легкой обидой протянула Вера, - мне туда не попасть. Не являюсь гламурной девушкой или женой газового крана и временно не имею кавалера, а одну фейс-контроль не пустит.
– Почему? - удивился я.
– Потому что красивая, одинокая женщина может стать причиной скандала, а еще там самый маленький счет, ну типа за кофе с булочкой, на сто баксов тянет. Вот если пригласит кто, я не откажусь! Эй, Иван Павлович, чего затаился? - засмеялась Вера. - Пошутила я насчет «Каторги», сойдет любое место, где хорошо готовят мясо, я обожаю бифштексы.
Вход в модный ресторан я искал долго. Сергей четко назвал номер дома - шестнадцать, но на здании с этим номером не было никакой вывески или таблички. Я внимательно осмотрел грязные темно-красные кирпичные стены и решил, что ошибся. Ну как обычно выглядит вход в шикарную харчевню? Отгороженная парковка, парочка охранников в черных костюмах, швейцар, обряженный в несусветный наряд, соответствующий, так сказать, направленности заведения. В ресторан ведет ярко освещенная парадная дверь, ковровая дорожка на тротуаре, иллюминация.
Дом же, около которого я сейчас топтался, больше всего напоминал барак, окна изнутри были замазаны белой краской, покосившаяся дверь, и в довершение картины возле ступенек маячили две бомжихи, закутанные в рваные тряпки. Никаких пафосных автомобилей тут и в помине не было, мой «Бентли» смотрелся нелепо. Надо позвонить Сергею и уточнить адрес, но глупая гордыня не позволяла мне это сделать. Очень не хотелось выглядеть в глазах нанимателя полнейшим идиотом, который не способен правильно запомнить адрес места встречи. Переулок небольшой, сейчас прогуляюсь по нему и найду ресторан.
Оставив машину у дома, я сделал пару шагов, потом, испугавшись за сохранность «Бентли», вернулся и обратился к бомжихам:
– Дамы, приглядите за иномаркой, вот вам за услуги.
Тетки презрительно посмотрели на сторублевку, которую я вынул из бумажника.
– Ваще, народ охамел, - сказала одна.
– Твоя правда, Рая, - согласилась вторая, - копейку предложат, а требуют работать.
– Вам мало стольника? - изумился я.
– Меньше чем за пятьдесят баксов даже не чихнем, - прохрипела Рая.
Я оторопело уставился на нищенку.
– Чего зыришь? - обозлилась та.
– Желаешь, чтобы приглядели за тачкой, плати, - закашляла вторая.
– Благодарствуйте за помощь, - кивнул я, - считайте, что я ни о чем вас не просил.
– Урод, - резюмировала Раиса.
– Жлоб, - пожала плечами ее подруга.
– И машина дерьмо! «Бентли» сраный.
– Не этого года выпуска!
– Ага, в позапрошлом сделан.
– Мне «Роллс-Ройс» нравится, - оживилась Рая. - А тебе, Нинок?
– Лучше «Феррари», - мечтательно протянула Нина, - красный!
Удивленный столь хорошим знанием элитных иномарок представительницами маргинального слоя населения, я пошел вперед, внимательно глядя по сторонам. Тротуар уперся в блочный дом, далее переулок делал крутой поворот, но это была уже не Буйская, а другая улица, отчего-то смутно мне знакомая. Чуть впереди маячил хлебный тонар, я приблизился к вагончику. Продавщицы не было видно, но окошечко оказалось открыто, и я, решив, что торговка сидит в глубине, вежливо спросил:
– Не подскажете, где здесь ресторан «Каторга»?
– Так вы мимо его прошли, - прозвучало из железной будки. - Вот дураки, хоть бы вывеску прикрепили…
Продолжая говорить, женщина подошла к окошку и воскликнула:
– Тю! Это вы!
– Лариса? - удивился я и оглянулся.
Все правильно, я в переулке, где попала под машину Наташа Капустина, вон там проходная завода, а я пытаюсь выяснить местонахождение «Каторги» у продавщицы Ларисы, которая оказала первую помощь Капустиной.
– Вау! Привет! - обрадовалась Лариса. - Че тебя туда волочет? Вроде ты на приличного человека похож!
– Служебная необходимость, - обтекаемо ответил я. - А что, плохое место?
Лариса поманила меня пальцем:
– Залазь в тонар.
Я поднялся в вагончик.
– Не ходи туды, - предостерегла баба, - тама, говорят, жуть!
– Да ну? А я слышал, что это самое модное место в Москве.
Лариса скривилась:
– Богатенькие с жиру бесятся, че только со скуки не придумают! У входа две бомжихи сидят: Райка и Нинка, они у людей бабки выцыганивают и могут спереть кошелек, например, или мобилу!
– И девушки, несмотря на такие привычки, до сих пор на свободе? - поразился я. - Неужели никто из посетителей на них не пожаловался!
