– То станешь кем-то третьим.
– То перестану ее бояться.
– Нет смысла бояться мертвых.
– Не в этом мире. Один почти мертвый мальчик кошмарил меня и подглядывал в душе полгода, а последствия психоза одной мертвой девочки разгребают спустя пару тысяч лет.
– Ты сегодня пессимистка?
– Ты нашел мужчину, который на меня смотрел?
– Нет. Его никто не видел. Если он и смотрел,то быстро смылся. Поглядывай по сторонам. Возможно, увидишь снова. Если что, скажи.
– Хорошо.
– Держи.
Кейман словно забыл о бокале с вином, который принес с собой. Я с сомнением посмотрела на него и пoкачала головой.
– Мне нельзя перед показом.
– Сколько нельзя, я тебе не дам. Я всегда отмечаю конец семестра.
Я так редко пробовала вино, что не смогла отказаться. Приятный джемовый аромат добавил к красивой картинке еще капельку уюта. Не было бы так тоскливо на душе, я бы порадовалась каникулам. Отработаю завтра – и можно будет бежать по магазинам, выбирать всем подарки. Вопрос, что бы таого подарить Кейману, все ещё остается открытый. Бутылку хорошего алкоголя? Кто бы помог в нем разобраться! Надо будет спросить Рианнон.
Рядом вдруг что-то грохнуло, с такой силой, что даже балкон затрясся. т нeожиданности я вскрикнула – и бокал выскользнул из ослабевших пальцев. На белоснежном мраморе растеклись безобразные красные ручейки.
– Извините, пожалуйста! – пропищала какая-то девушка, быстро развеивая разыгравшуюся земляную кошку, опрокинувшую какую-то вывеску.
– Вот блин! – пробормотала я. - Бокал жалко.
Опустилась на колени, чтобы собрать осколки. Разлитое вино по взмаху руки Кеймана испарилось.
– Оставь. Горничная уберет.
– Нет уж. Во мне еще жива солидарность, я когда-то убирала за такими же криворучками.
Собрала все самые крупные осколки, а когда поднялась, поверх ладоней легли руки Кеймана. Пожалуй, я испугалась в несколько раз сильнее, чем минуту назад, разве что бокал не уронила. Ему бы не пошло на пользу второе падение.
Никогда не умела вести себя достойнo в таких ситуациях. Хoтя их и не случалось до тех пор, пока я не попала в Штормхолд.
– Что? - подняла голову, надеясь рассмотреть в глазах мужчины ответ.
Но там была только совершенная, безукоризненная тьма.
– Хочу тебя поцеловать.
Я медленно покачала головой, чувствуя, как сердце с силой бьется в грудную клетку. Внутри что-то шевельулось, так неожиданно и пугающе, что перехватило дыхание. Это «что-то» было не совсем моим чувством. На секунду, короткую секунду, показалось, что мы стоим совсем не на балконе дорогущей гостиницы в центре столицы, а у окна, выходящего на лес и долину. И если повернуться, можно рассмотреть грациозные и величественные силуэты драконов вдали.
– Не надо.
– Почему?
– Этo лишнее. И… неправильное.
– Тебя волнуют правила? – Крост хрипло рассмеялся. – Ты ли это, Деллин Шторм? Или правила распространяются только на меня?
– Я стараюсь, Кейман. Но сейчас ты просишь слишком много.
– Бастиан просит все. Взамен не отказываясь даже от помолвки.
– Которую устроил ты. Но я не понимаю, причем здесь Бастиан. Между нами ничего нет.
– Ты ещё пытаешься в это поверить?
Кейман убрал руки и вновь повернулся к городу. Я смотрела на осколки тончайшего хрусталя и чувствовала себя последней скотиной. Потому что не надо было быть академиком: расставание с Ясперой, арест, шоу, апартаменты – все было вот ради этого момента. Разделить который с Кростом мне не хватилo ни сил, ни духу, ни желания.
– Я лишь хочу, чтобы меня не перетягивали, как канат, в три разные стороны. С Акорионом говорить бесполезно, Бастиан помолвлен, а ты – мой опекун и директор.
Он устало потер глаза.
– Иди спать. Завтра длинный день.
– Прости. Я знаю, что не оправдываю твоих ожиданий.
И я действительно хотела бы быть идеальной. Идеальной воспитанницей, идеальной студенткой,идеальной девушкой. Но получается быть только ходячим наказанием для всех.
Это грустно, но чертовски справедливо. Нельзя получить от судьбы кучу плюшек и принца, если в прошлой жизни ты едва не уничтожила мир.
– Ты уже больше года модель дома Найтингрин,и до сих пор волнуешься? – веселилась Марьяна, укладывая мои волосы в прическу.
Я мрачно на нее посмотрела и предпочла промолчать. Вот как объяснить, что я боюсь не публики и не выступления, хотя с публичными выходами у меня до сих пор определенные проблемы. Я боюсь взглядов конкретных гостей вечера.
Кеймана. Сайлера. Катарины. Бастиана и его таинственной спутницы. рена Уотерторна. Тех, кто смотрел на меня и видел не тoлько молоденькую симпатичную модельку, но и воплощение Таары. Тех, кого со мной связывали общие воспоминания… зачастую не самые невинные.
– Господа! – Леди Найтингрин ворвалась в гримерку, как ураган.
На ней было длинное черное платье, в ушах сверкали крупные бриллианты, а все ещё роскошные седые волосы идеальными локонами ложились на плечи. - Дорогие мои девочки! Через нескoлько минут мы начинаем. Марьяна, почему Деллин еще не готова?! Клиффорд уже ждет ее, чтобы размяться!
– Сию минуту, миледи! – бодро отрапортовала Марьяна, сбрызнула мои косы напоследок зельем и почти силой выпихнула со стула.
