- Пора для истины настала, - с нажимом закончил он наше коллективное рифмоплетство.
Я рассказал ему о целительском эксперименте над Тенью и моих подозрениях о его провале.
- Он сам вызвался на подавление памяти? - Наверно, впервые за время нашего знакомства я услышал в голосе темного гения настоящее потрясение. - С его жаждой доминирования? Я должен это увидеть, - решительно закончил он.
- Догоняй, - предложил я ему, переходя на шаг. - Или тебя, теоретика, лучше подождать?
- Не смел бы даже я подумать, - ответил он с коротким смешком, - в пути гирлянду задержать!
Вот чтоб этого гения его темные собратья побрали - он оказался возле меня буквально через пару минут. Пришлось проглотить все насмешки над ущербом, наносимым умственной деятельностью физической форме. Молча - комплиментов он от меня тоже не дождался.
Мы успели как раз к концу занятий - оставив темного гения неподалеку от входа в павильон целителей, я едва успел вскочить в него, чтобы встретить Татьяну. Ее я сразу увел в сторону, попросив шустрого теоретика сразу сообщить мне о том, что он обнаружит в голове Тени.
На этот раз просить его дважды не пришлось.
- Это что-то немыслимое! - взорвался у меня в голове его возбужденный голос, как только мы с Татьяной до ее двора добрались.
- Говори, - коротко бросил я, делая вид, что внимательно слушаю ее рассказ о сегодняшнем «пациенте».
- Все блоки стоят там, где их поставили, - затараторил он, - но он их подавил. Сжал до упора. Нет, даже сильнее, за пределами вообразимого! Я боюсь себе даже представить напряжение в них. И что будет, если они когда-нибудь выстрелят. И куда они могут выстрелить.
- Значит, он таки соврал целителям? - медленно спросил я.
- И да, и нет, - с досадой ответил темный гений. - Блоки не уничтожены, не устранены, они просто нейтрализованы. Не могу сказать, сразу или со временем, но определенно сознательно. Насколько мне известно, это невозможно - даже вам посторонняя помощь понадобилась. Его нужно изучать! - уверенно закончил он.
- Может, вы и его похитите? - с надеждой спросил я.
- А можно? - Его надежда определенно побила мою по интенсивности.
Нет-нет-нет, не хватало мне еще даже не в соучастниках, а в организаторах похищения оказаться!
- Не знаю, - уклончиво ответил я. - Со службой внешней охраны поговори - вы же теперь друзья-соратники.
- Гирлянда путь мне указала из темной чащи бытия! - опять понесло его в декламацию.
- Только меня предупредите, - спохватился я, но он меня, похоже, не услышал - коротко хохотнув, отключился. И этот туда же!
Итак, пришлось признать, что источник опасности для Татьяны целители не устранили. Наоборот, каким-то образом они его даже усилили. Хорошо, если удастся убрать его с нашей дороги физически…
Святые отцы-архангелы, вы только посмотрите, до чего меня довели! А если не удастся - кто знает, что еще способна подавить эта бледная немочь?
Как бы не пришлось-таки перенаправлять наш путь в сторону запасного аэродрома - на землю.
Как бы не пришлось следовать указаниям Стаса и хвататься за любое подразделение, дающее право попасть туда.
На всякий случай я уточнил у Татьяны твердость ее намерений украсить собой ряды хранителей. Меня подвела формулировка - в ответ она задумчиво бросила, что может украсить довольно много рядов и не стоит пока никому отдавать предпочтение.
Я удвоил напор внушения целителям. Забыв, что в силу своей профессии они особо чувствительны в диагностике постороннего воздействия. А также особо изобретательны в способах противодействия ему.
В результате, в их отчете никаких особых дифирамбов Татьяне не оказалось, но оценки они ей такие выставили, что будь я на месте решающего органа, тут же отправил бы ее к ним назад.
Святые отцы-архангелы, настойчиво прошу обратить внимание на крайне условное наклонение в последней фразе! Прямо указывающее на ее противоположность моим истинным пожеланиям. Это замечание и к следующей относится - дайте хоть раз душу отвести без последствий! Я бы вообще задумался, а не пошли ли самоотверженные целители на поводу у службы внешней охраны. Вознамерившейся таким образом добиться скорейшей отправки блестящего новичка на землю и украсить им свои ряды хоть внештатно.
Тут же никакой мой отчет не поможет! Если я замолчу в нем максимальные баллы почти по всем критериям у одного из новичков, речь уже не об отсутствии у меня объективности пойдет. Эдак я под служебное расследование попаду - чем я занимался, если такой успех проворонил?
Впрочем, легкое беспокойство грызло меня недолго. Оказалось, что пребывание у целителей и для меня даром не прошло. Физический отдых, спокойная, позитивная обстановка, проясняющая мысли - не говоря уже о возвращении в знакомую атмосферу психологических сеансов - не могли не поспособствовать рождению гениальных идей.
Наши воспоминания я передал бригаде чистильщиков памяти прямо на следующий день после их эксперимента над Тенью. Разумеется, они двумя руками ухватились за возможность докопаться до природы и механизма нашего противоядия!
В тот день, когда Татьяниной группе объявили результаты, я немного задержался.
