Ангел тьмы полностью

– Да, – ответил Люциус. – Я специально приметил. У них там решетки. Прутья не слишком толстые, но частые.

– Значит, понадобится распорка, – сказал я.

Люциус кивнул:

– Да, но даже с ней проделать отверстие, достаточное для человека, будет сложновато.

– Для взрослого человека, вы хотите сказать, – отозвался я. – Так эти решетки обычно и ставят. Но…

Доктор воззрился на меня – казалось, он не может решить, радоваться ему или хмуриться:

– Стиви – не хочешь ли ты сказать, что сможешь пробраться внутрь?

Я кивнул с видом, как могло показаться, исключительного отвращения.

– Прямо рядом с домом есть конюшни. Я их худо-бедно приметил. Хорошее место, чтоб укрыться, а потом выйти оттуда. Разжать прутья, залезть внутрь и прошерстить подвал. Если найдем девочку, я смогу ее вынести.

– А с чем это ты ее найдешь? – осведомился Люциус.

Я ответил, пожав плечами:

– У меня есть друг… – и тут почувствовал взгляд Доктора. – Короче, был друг. Пацан промышляет тем, что лазит по форточкам, как я сам раньше. Мы зовем его Прыщ-Немчура, потому как он заявляет, будто семья его – из немецких аристократов. Хотя на самом деле ничего подобного – голландцы они или кто-то вроде. В общем, есть у него специально обученный хорь. Зовут Майком. Прыщ, когда идет на дело, берет его с собой в мешке. Майк в любую узкую щель может пролезть. – Я снова показал на чертеж. – А я могу его туда пронести. Нос у него – черт знает что такое, а не нос, у зверька этого.

– Но как же он поймет, что́ надо искать? – спросила мисс Говард.

– Прыщ и этот трюк знает, – сообщил я. – Он кладет Майку в клетку вещицу, которая выглядит или пахнет как то, что ему нужно стащить, и не кормит его, пока тот не научится хватать эту штуку. Тут обычно немного времени уходит. Пара-тройка дней.

Люциус с минуту обдумывал сказанное, потом посмотрел на доктора Крайцлера.

– Доктор, – сказал он, и голос его выдавал, что риск он понимает, но все равно заинтересован не на шутку. – Это может сработать.

– И все же не стоит ли нам придумать, как выманить Хантеров из дома, а? – осведомилась мисс Говард.

– Только жену, – уточнил я. – А раз уж она проводит время с Гу-Гу Ноксом, то… нам надо лишь дождаться, пока она не выйдет из дому как-нибудь вечером. Думаю, муж ее вряд ли заботится о ребенке, если сам настолько плох, как вы все говорите. Так что она, видать, запирает малышку, когда уходит. Я влезу через цоколь – через кухню, пожалуй. А потом прямиком в подвал. Они ж спят на верхнем этаже, верно? Мы слышали ее мужа, пока были снаружи.

– Все верно, – быстро заметил Люциус.

– Так что будет не так уж и сложно вытащить ребенка, если он там. Я такое сколько раз проделывал. Не с младенцем, конечно, только какая разница, ребенок это или мешок с добром?

О самой работе сказать было, в общем, больше и нечего, и я знал, что будет дальше, – доктор объявил:

– Прошу прощения, господа, – и, взяв меня за плечо, отвел в другой угол комнаты. Там он скрестил руки и секунду смотрел на меня, потом отвернулся и уставился в окно. – Стиви, большая часть этого плана меня смущает.

– Меня тоже, – сказал я. – Если у вас есть другое предложение, я всеми руками за.

– В том-то и незадача, – ответил он. – У нас его нет. И ты это знаешь.

– Ага. Но не я это предложил, а Сайрус. Только это ж по-любому – то есть все равно – невеликий труд. Приставите ко мне одного из детектив-сержантов, чтоб следил, а если в стойле у нас будет коляска наготове, то все обойдется. Револьвер и полицейская бляха на кого угодно впечатление произведут, кроме Пыльников, а когда те узнают, что творится, если вообще узнают, нас уже и след простынет.

Конечно же, не стоило и надеяться, что доктору принесет радость возможная опасность, которой я подвергнусь, равно как и мое возвращение на былую воровскую дорожку, но, судя по выражению его лица, он понимал – у нас нет выбора. А то, что мисс Говард с детектив-сержантом Люциусом горячо выступали за этот план, лишь подлило масла в огонь. Так что в два часа я снова направлялся в мои старые края, чтобы попробовать разыскать Прыща-Немчуру и его хорька Майка.