Ангел тьмы полностью

– Как я хочу? Это как вы хотите, разве нет? – Она отвернулась к решетке и попыталась привести в порядок прическу. – Да будь я проклята… некоторые напускают на себя такой вид лишь потому, что оказались по другую сторону…

Оставшаяся часть визита Кэт прошла не лучше. Гнев сделал ее немногословной, но мне – да, пожалуй, и любому – по-прежнему было очевидно, что она накачалась марафетом по самое не могу и что она не просто, если можно так выразиться, балуется этим делом время от времени. Впрочем, все обещанное было при ней, возразить нечего: мы вскрыли сверток на бильярдном столе, рядом с бутылочками порошка для снятия отпечатков и сравнительным микроскопом детектив-сержантов, и обнаружили там облегающий кроваво-красный атласный жакет – как и требовалось, с большими плоскими черными пуговицами. Кэт возжелала, чтобы ей заплатили прямо здесь и прямо сейчас, и настроение ее отнюдь не улучшилось, когда доктор сказал, что ей придется подождать, пока детектив-сержанты не подтвердят, что жакет действительно принадлежит женщине, известной нам под именем Элспет Хантер. Кэт заявила, что подождет снятия отпечатков пальцев, и ни секундой больше – она и представить не могла, зачем еще нам нужна сия вещь, и не собиралась ждать, чтобы узнать это. Согласно нашей сделке от нее требовалось лишь явиться с каким-нибудь жакетом Либби Хатч – а когда мы согласимся, что она достойно выполнила свое обязательство, она отчалит. Выпалив сие, она угрюмо плюхнулась в одно из больших мягких кресел.

Снятие отпечатков много времени не отняло. Пуговицы были черными, Маркус воспользовался кистью из верблюжьего волоса, чтобы припорошить их мельчайшим светло-серым алюминиевым порошком, который затем сдул – и обнаружился четкий набор волнистых линий, к которым он поднес для сравнения фотографию свинцовой трубы, найденной ими в Сентрал-парке. Кивнув доктору, Маркус сказал лишь:

– Сходятся, – после чего Кэт, решив, что реплика относилась к ней, поднялась и прошагала прямиком к доктору.

– Мы в расчете? – обратилась к нему она с некоторой яростью в голосе. Доктор – которого, как я мог заметить, беспокоило как физическое, так и психическое состояние Кэт, – попытался быть радушным:

– Мы действительно в расчете, мисс Девлин. Могу я предложить вам что-нибудь в знак благодарности? Кофе или, возможно, чай…

– Мои деньги и билет, – буркнула Кэт, протягивая руку. После чего, подумав, добавила: – Спасибо вам большое, сэр. – Взглянув в мою сторону, она сузила глаза и злобно фыркнула: – Мне бы не хотелось злоупотреблять вашим гостеприимством или причинять кому-то неудобство.

Доктор быстро перевел взгляд с нее на меня и обратно. Полагаю, он собирался было сказать что-то еще, но в итоге лишь кивнул и достал из нагрудного кармана конверт.

– Триста долларов наличными, – сообщил он с улыбкой, – и один билет до Сан-Франциско. Действителен в любое время в течение ближайших шести месяцев. Ах да, – добавил он, когда Кэт схватила конверт, – билет в отделение первого класса. Чтобы выразить нашу признательность.

Это слегка смягчило ее, но лишь к нему, не ко мне.

– Это… очень мило с вашей стороны, сэр. Спасибо. – Она покосилась на конверт и чуть улыбнулась. – Никогда не путешествовала первым классом. Мой папа, он обычно говаривал… – И, будто поймав себя на слове, вновь посуровела. – Я уже пойду, сэр. Если это все.

Доктор кивнул:

– Мне очень жаль, что вы не можете остаться. – Она повернулась было, но он добавил: – Мисс Девлин… – Из другого кармана доктор извлек свою визитную карточку и вручил ей: – Я управляю – школой, можно так сказать, – в центре города. Для молодых людей, которым хочется или необходимо изменить свою жизнь. Здесь адрес и номер телефона. Если пожелаете когда-либо снова оказаться в Нью-Йорке и будете заинтересованы в подобной… помощи, пожалуйста, без промедления звоните или заходите.

Кэт посмотрела на карточку, и лицо ее снова озлобилось, но она заставила себя улыбнуться.

– Да, я слыхала о вашем заведении, доктор. – Она посмотрела прямо на него. – Слыхала, что вы им больше не заведуете, вот что.

Тут я немедля вмешался и подтолкнул ее к двери со словами:

– Ну давай уже, Кэт.

– Так что кто бы говорил, доктор, – бросила она через плечо. – Это еще вопрос, кому тут требуется помощь.

Я запихнул ее извивающееся тело в лифт, захлопнул дверь, с грохотом закрыл решетку и, едва не сорвав ручку управления, отправил нас вниз.

– Ты не имеешь никакого права так разговаривать, – прошипел я сквозь зубы. – Он просто хотел помочь, Кэт, будь оно все проклято. Что с тобой такое? Разве трудно позволить кому-нибудь помочь тебе?

– Не нужна мне ничья помощь! – завопила она. – Я уж как-нибудь сама о себе позабочусь, если ты не против!

– Да неужели? Что ж, усилий ты прикладываешь чертову прорву!

– Может, тебе так и не кажется, но я не прислуга, и пока еще не плюхалась в реку пьяная в задницу! Так что отвалил бы ты, а, Стиви? Оставь меня в покое!

Она снова отвернулась и сглотнула пару слезинок, пытаясь отдышаться. Потом посмотрела на конверт у себя в руке и вскрыла его.