- Промелькнула девушка между сосен, и с тех пор я её больше не видел, - сказал Иваныч, - кстати, на лыжах она стояла очень уверенно, и ехала тоже очень быстро. Ничуть не хуже вас, - посмотрел он на меня, - даже, наверное, лучше.
- Ясно, - кивнула я, - только какова роль этой девушки тут, я пока не понимаю... Ну, типчик! Хорошие у тебя, Дим, знакомства!
- Я, когда контракты заключаю, аморальность своих партнёров
по бизнесу не проверяю! – огрызнулся Дима.
- А следовало бы! – огрызнулась я, и вздохнула, - ладно, пожалуй, всё. Сейчас будем этого негодяя трясти! – и я закашлялась.
- Заболели? – участливо спросил лесник.
- Похоже на то, - кивнула я.
- Подождите минутку, - он вышел из комнаты, а я удивилась.
- Куда это он?
- Думаю, за сбором, - ответил Дима, - он не просто траву заваривает, а с умом. И собирает её с умом.
- Мне поневоле вспоминается кричащая мандрагора, - улыбнулась я.
- Не знаю, кричит ли она в самом деле, но траву нужно знать, когда собирать, - пояснил Дима, - каждый вид травы собирают в разное время дня, и в разное время роста. Иначе они теряют свою лекарственную силу. Иваныч умный мужик, только вот пареной калиной он зря всех подряд потчует. Я тоже бросился с унитазом целоваться, когда первый раз хлебнул.
- Держите, - вошёл лесник, и протянул мне два бумажных пакета, - заварите, и пейте два раза в день. А вот этот, - дал он мне ещё один пакет, - заварите на стакан воды, и выпейте разом на ночь. А то на литр. Сразу вся простуда пройдёт. И запах у трав нормальный.
- Спасибо, - я убрала траву в сумку, - сколько я вам должна?
- Не надо ничего, - он махнул рукой.
- Вы же её собирали! – воскликнула я, и вынула купюру, - этого хватит?
- Обидеть меня хотите? – насупился Иваныч, а Дима взял меня за руку.
- Он не возьмёт, пошли, - и я убрала деньги.
- Я на чужих болезнях не наживаюсь, - мрачно сказал лесник, -
у меня тут хозяйство есть, огород, лес, всего хватает. А травы я собираю, чтобы просто людям помочь.
- Извините, - вздохнула я, - не хотела вас обидеть. Похоже, вы хороший человек.
- Ладно уж, - махнул он рукой, и проводил нас до ворот.
- Странный тип, - вздохнула я, - но хороший.
- Все хорошие – странные, - улыбнулся Дима, - но Иваныч
душевный человек.
- Поехали к Лазуретову! – свирепо заявила я, и Дима повернул ключ в зажигании.
Свою машину я оставила у посёлка, решив не заморачиваться, и Дима поехал в офис Лазуретова.
Пока мы ехали, я успела по телефону поругаться с начальником типографии, который позвонил мне, и сказал, что для книг случайно перепутали бумагу.
- Вы там что, спятили? – кричала я в трубку, - как вы могли матовую мелованную перепутать с офсетной? И много распечатали?
- Немного, - вздохнул сотрудник, - мы начали с офсетной, и вовремя спохватились.
- Хорошо, хоть на дорогой не успели пропечатать! – рявкнула я, облегчённо переводя дух, - сколько там экземпляров будет?
- На офсетной сто штук.
- Всего лишь? – обрадовалась я, - вы их допечатывайте, а я договорюсь с заказчиком. Какую-нибудь пиар – акцию придумаем, - и я отключилась.
- Проблемы? – улыбнулся Дима.
- У меня всё время что-то происходит, - хмыкнула я, и закурила сигарету, - я сейчас Максу позвоню, а то мало ли, вдруг он нас пристрелить захочет, - и я вынула мобильный.
- Он же дезорганизован, - напомнил Дима.
- Блин, не вовремя, - я прикусила губу, подумала, и сказала, -
дай свой телефон.
- Зачем?
- Давай, давай, - и набрала Сатаневича, - попроси Андрея, если его жена снимет.
Дима взял телефон, и тут же воскликнул:
- Добрый день, можно с Андреем поговорить? По рабочему. Хорошо, жду.
- Давай, - я забрала у него телефон, и услышала голос Андрея.
- Слушаю.
- Привет, нечисть! – весело воскликнула я, - помощь нужна!
- Вика! – ахнул тот, - мне Лара сказала, что звонит мужчина.
- Это был Северский, - ухмыльнулась я, - как там Макс?
- Макс? – удивлённо протянул Андрей, - вообще-то, он что-то
несвежее съел, и ему сейчас очень плохо. А я, взглянув на Макса, поехал домой обедать.
- Какая я проницательная, - пробурчала я.
- Что? – удивился Андрей, а я отмахнулась.
- Проехали! Учти, если ты сейчас не прекратишь работать челюстями, и не приедешь по сказанному мной адресу, меня могут убить. А если убьют меня, и ты мне не поможешь, Макс убьёт тебя. Я внятно объяснила?
На том конце провода повисла тишина, а потом Андрей как-то
жалобно проговорил:
- Ты меня в гроб вогнать хочешь? Психичка! У меня из-за твоих выходок брак на соплях держится! Что ты опять устроила?