что знает. Она бы молчала, боясь повторить участь сестры, а вы вывалили всё незнакомым людям, не опасаясь, что и вас отравят. Когда я во второй раз услышала про кольцо, то всё поняла. И, судя по вашему рассказу, следователь вам сразу сказал, что девушка была изнасилована. Но ведь не было никакого изнасилования, просто убийца видел, чем занимались Марго и Лазуретов в архиве, и решил, что это ему на руку. Убив женщину, он разорвал на ней одежду, сломал пару ногтей, наставил прямо на труп синяков, и поднял шум. Когда Дмитрий Михайлович вернулся с прокурором, они застали лишь труп Марго, и переполох в институте. Но всё равно, явных следов изнасилования не было, то, что у женщины был секс, выяснили бы только после вскрытия. А по вашим словам, это установлено было сразу. Значит, вы врёте. Маленькое ложь рождает большое подозрение. Неужели за то время, что вы скрываетесь, вы так и не научились вести себя? Интересно, а настоящая Вероника Степановна знала, ну, всё то, что рассказали мне вы? Думаю, знала, и стала вас шантажировать, и вы просто от неё избавились, заняв её место.
- Минуточку, - остановил меня Дима, - а дети? Как они не поняли, что перед ними совершенно другой человек? Ведь Татьяна по голосу сейчас опознала свою мать.
- Дети Литвиновых давно уехали в США, и в Россию возвращаться не собираются. А незнакомый голос по телефону можно списать на неполадки на линии, ведь связь-то международная. Если бы они надумали вернуться, то Вероника Степановна умерла бы, двум бомжам сделали бы пластику, и подстроили бы аварию, или несчастный случай.
- Как изощрённо и жестоко, - прошептала Рина, - а я-то тут с
какой стороны? Я никаких преступлений не совершала. Тем более, таких страшных.
- Ты тут действительно не при чём, - вздохнула я, и посмотрела на Таню, - дело в том, что у Виры была разбита вера в семью. Дмитрий Михайлович, - посмотрела я на Лазуретова, - вы жестоко поступили с дочерью. Она так озлобилась, когда поняла, что родной отец сдал её в детский дом, что стала разбивать полные семьи, и получать за это деньги. Жена считала, что муж изменщик, муж, что жена, и, в результате,
семья распадалась. Вира искала, как отомстить отцу, и совершенно случайно услышала, как тот рассказал одному своему знакомому о ситуации с Марго, и всю эту историю. Вира тут же прибежала к Арине, ей было плевать, что за этим стоит гора трупов, а Меньшова обозлилась. Ведь Дмитрий Михайлович обещал молчать, ведь ему закрыли рот жизнью его дочери, Даши. Вира жаждет мести, а Арина мечтает избавиться от семьи. У неё давно любовная связь с одним из соратников по преступлениям, и с помощью Виры, и её махинаций она « умирает ». Литвиновых убивают, когда они начинают шантажировать Арину. Только Арина лишний раз не хочет провоцировать правоохранительные органы, и лишь поэтому Лазуретов остаётся в живых. Она уговаривает Виру повременить с местью, и все ложатся на дно. Марго ничего не скажет, Дмитрий Михайлович молчит, наступает временный штиль. Всё бы ничего, но Вира не может жить спокойно, злость и ярость гложет её душу, а Таня случайно узнаёт, кто виновен в том, что её родители умерли. Она следит за Вирой, но в Веронике Степановне не узнаёт свою мать.
- Я думала, - тихо сказала Таня, - что вы втроём этим занимаетесь, - кивнула она Александрине, - семьи разбиваете. Ты, Вирка, и Марфа Иванчук. Я мстила за родителей, - и она заплакала.
- Марфа Иванчук знала, чем занимается Вира, - сказала я, - но она лично к этому руку не прикладывала. Бедная женщина встала на воровской путь, когда в автокатастрофе погибли её горячо любимые муж и дочь. Вира походила на её покойную дочь, и она, как могла, пыталась вразумить девушку. Но не получилось. Пока ты следила за Вирой, она похитила Дашу, увезла в катакомбы, собираясь заморить её там голодом. Но
тут обо всём узнаёте вы, - кивнула я Арине.
- Я следила, чтобы там всё было в сохранности, - сказала она, - приезжала, контролировала. И вот, когда я приехала предпоследний раз, то увидела её, - кивнула Арина на Дашу, - меня чуть кондрашка не хватил, когда я узнала девчонку. Ведь, если с ней что-нибудь случится, то этот, - бросила она взгляд на Лазуретова, - молчать не станет. Я тут же позвонила Вирке, и открыла решётку. Пока мы ругались с Конфетиной, Даша сбежала, и я поняла, что она меня видела.