Ди Каприо слегка приподнимает уголки губ в легкой усмешке. Какие все-таки эти полицейские глупые и неосмотрительные. А потом эти же «добросовестные» работники удивляются, почему же уровень преступности в Лос-Анджелесе растет.
В участке достаточно шумно: троица копов обсуждает вчерашний футбольный матч, какая-то серая мышь в очках и длинной юбке наигранно звонко хохочет над априори несмешной шуткой судмедэксперта. Дверь в кабинет майора открыта.
Эссен стоит у стола и перебирает бумаги, когда слышит стук в дверной косяк.
— Комиссар, — серьезным басом, словно действительно по делу, обращается вошедший.
— Да, — женщина поднимает на него заинтересованный взгляд.
Лео расслабленно стоит на пороге и с хитрой ухмылкой смотрит на Эссен. Терпеливо ждет, пока майор узнает его. Находится в предвкушении чего-то эпичного, и наконец дожидается. Некогда заинтересованный взгляд комиссара становится встревоженным. Она торопливо тянет руку к ящику, где, должно быть, находилось оружие, но русый опережает ее. За доли секунды Ди Каприо вытаскивает пистолет из кармана полицейской куртки и направляет его на комиссара.
— Слышал, вы нас искали, — хрипло произносит он.
Холл участка практически мгновенно застилает дымовая пелена, и в здании начинается громкая перестрелка. Подставные ребята, так легко слившиеся со штатом настоящих копов, справляются на ура: они убирают всех полицейских в кратчайшие сроки. Эссен и глазом моргнуть не успевает, когда отделение превращается в настоящую кровавую бойню. Майор несколько раз срывается с места и хочет спасти своих ни в чем не повинных сотрудников, крики которых разносятся по всему отделению, но направленное на нее дуло пистолета заставляет поумерить пыл.
Левый глаз парня периодически дергается от звуков стрельбы, а губы расплываются в широкой сумасшедшей улыбке.
***
Лео чертовски зол: он послал Гринвуда проверить участок на наличие живых полицейских, а тот пропал. Где камера, где фурор, где этот жирный ублюдок? Русый нетерпеливо ходит из стороны в сторону и сосредоточенно смотрит в пол, плотно сжимая челюсти. План дает трещину.
— Прошу прощения, небольшие технические неполадки, — Ди Каприо театрально вздыхает, глядя на связанную Эссен, и отправляется в сторону медпункта, куда в последний раз держал путь каннибал. Должно быть, Гринвуд никак не может налюбоваться лежащим на холодной кушетке Добкинсом с красивой дыркой во лбу.
После неудачного нападения на автобус с черлидершами маньяки радостно умчались с места преступления, оставив кудрявого насильника на растерзание Брину. Однако Добкинс не выдержал и пары минут наедине с детективом: кто-то заботливо пустил психопату-неудачнику пулю в голову.
А Гринвуд, оказывается, времени зря не теряет: стоит перед неизвестной юной особой, которую, очевидно, общество убийцы не очень-то устраивает, и держит ее под прицелом ружья. Он мерзко улыбается и похабно осматривает девушку с ног до головы. Брюнетка стоит как потерянная. Со спины особенно видно, как хрупкие плечи ежатся, а ногти нервно впиваются в ладони. Боится даже двинуться с места, не хочет провоцировать маньяка.
— Какая ты сладкая, — опуская оружие вниз и сокращая расстояние между ними до минимума, говорит толстяк. — Так и съел бы, — он хищно облизывается, после чего громко щелкает зубами над ухом девушки.
Брюнетка вдруг испуганно вздрагивает от последнего звука, трясущимися ногами делает несколько маленьких шагов назад, и, резко обернувшись, носом врезается прямо в грудь русого. Побег не удался. Поднимает голову вверх. В карих глазах теплится огонек надежды, что этот полицейский настоящий, но холодный взгляд убийцы этот огонек быстро тушит.
Узнают друг друга мгновенно. Лео смотрит на нее сверху вниз с нескрываемым гневом, губы кривятся в злобной усмешке. Сара дергается как ошпаренная и вновь отходит на несколько шагов назад. Она оказывается меж двух огней: слева стоит Гринвуд, ковыряющийся в зубах пальцами, справа — разозлившийся Ди Каприо. Парень на сто процентов уверен, брюнетка здесь не просто так.
— Лео, все в порядке? Куда ты пропал? — русый искренне надеется, что голос из так неожиданно завибрировавшего в кармане джинсов телефона раздается не слишком громко. Во всем теле ощущается слабость, рана все еще саднит, а справа совсем недавно начало раздаваться мирное сопение. Первое время его нервная соседка что-то неразборчиво лепетала испуганным голосом, а теперь все-таки угомонилась.
— Да, я в норме. Меня вновь чуть не поймали, но я вовремя успел скрыться.
— Я верю. Не забудь насчет завтрашнего дня.
— Да, я все помню. Полицейский участок, двенадцать часов. Я к вам заскочу переодеться.
— Смотри-ка, Гринвуд, — едко говорит убийца своему «коллеге», — Кажется, у нас появился новый зритель.
— Ну какой же она зритель, Лео. Отдай ее мне, уж я-то с ней как следует развлекусь, — каннибал подмигивает смотрящей на него девушке, после чего она тут же машинально переводит взгляд на Ди Каприо. Тот недоуменно хмурится.
