Огромное здание завода по производству детских игрушек было заброшено уже лет восемь, если не больше. Можно было отдать его под аренду или организовать там торговый центр, поскольку расположение очень выгодное, однако властей Лос-Анджелеса данный факт мало заботил, и это место стало прекрасным пристанищем для бездомных. Ночами район завода был особо оживленным: бездомные жгли костры прямо на этажах здания, чтобы согреться, обколотые наркоманы громко кричали, со слезами на глазах смотря на пустое место, а особо буйные алкоголики устраивали дебоши. Несладко приходилось горожанам, живущим в соседних домах.
Удивительно, но именно сейчас в здании не было ни души, о чем говорила звенящая тишина завода, прерываемая лишь периодическими завываниями ветра. Парень взглянул на часы в телефоне и со свойственной ему драматичностью вскрикнул: «У нас на все один час!» Схватив Хармон за запястье, он побежал в сторону старой, местами потрескавшейся лестницы.
— Ну наконец-то! — радостно, словно предвещая что-то невообразимо прекрасное, вскрикнул Ди Каприо.
Они уже стояли на крыше. Там было намного холоднее, чем внизу: порывы ветра были более сильными и холодными, а в лицо временами неприятно били капли дождя. От пробирающего до дрожи ветра девушку не спасал даже капюшон. Лео же, напротив, себя отлично чувствовал: стянув успевший надоесть шарф с лица и получше обмотав им шею, он демонстративно, с наслаждением втянул свежий дождливый воздух и подошел к карнизу. Посмотрев вниз и беспечно махнув рукой, словно находились они этаже на втором, русый повернулся к Саре и по-джентельменски протянул ей руку.
В душу девушки закралась легкая тревога: прямо сейчас она стояла рядом с убийцей на крыше старого завода; прямо сейчас она должна была пройтись по самому краю, сопровождаемая коварным взглядом маньяка. А что, если сегодня ей предстояло повторить судьбу тех работников издательства? Что, если сегодня ей суждено умереть? Хармон нервно сглотнула и тряхнула головой. Все будет в порядке.
Вложив холодную ладошку в теплую руку парня, Сара залезла на карниз. От увиденного в прямом смысле перехватило дыхание: весь Лос-Анджелес был как на ладони. Высоченные небоскребы, серые вывески, стоявшие в пробке машины, светофоры — перед глазами предстала очень богатая панорама; все было настолько четко видно, что девушка невольно улыбнулась от восторга. Временами снизу доносились сигналы машин, но их очень быстро заглушали порывы осеннего ветра.
— А теперь сама, — Лео уже отпустил руку, как вдруг брюнетка стальной хваткой вцепилась в ладонь парня. — Это что еще за капризы? — с наигранной строгостью произнес он.
— Тут очень сильный ветер! — Хармон испуганно вскрикнула, когда русый попытался освободиться из плена крепкой хватки. — Я могу упасть!
— В таком случае, я выиграю.
— В правде или действии нет победителей!
— Я буду первым.
Пройтись по карнизу от одного угла здания к другому под нескончаемые порывы ветра — задачка далеко не из легких, даже с учетом того, что Лео все-таки пошел на уступки. Он согласился идти рядом, продолжая держать Сару за руку. Сосредоточенно глядя только под ноги, девушка шагала по блестящей, местами скользкой из-за сырости кровле и молилась всем богам, чтобы не сорваться. Небоскребы, дороги, редкие деревья — все отошло на задний план, уступив место чрезвычайной осторожности.
Брюнетка насчитала уже двадцать шагов, а карниз все не заканчивался. Сколько еще нужно пройти, чтобы эта пытка прекратилась? Ноги уже едва сгибались от неожиданно подступившей паники, а пальцы, уставшие от крепкой хватки, затекли. Хармон медленно подняла взгляд и, к своему счастью, отметила, что большая половина пути позади. Навскидку оставалось пройти около двадцати шагов. В глазах появился радостный огонек и, воодушевленно выпрямившись, девушка уже более уверенно пошла дальше. Она немного ослабила хватку и стала реже смотреть под ноги, предпочитая излишней осторожности вид настоящего, далеко не приветливого Лос-Анджелеса, который сейчас уже не выглядел таким идеальным. Именно сейчас, казалось, с высоты птичьего полета особенно четко виднелась истинная сущность серого мегаполиса. Одиноко стоящие высотки сменялись местами потрескавшимися жилыми домами из красного кирпича; за богатыми, пестрившими красивой архитектурой районами города следовали бедные и неблагополучные, где жители готовы были перегрызть друг другу глотку за сто баксов. Именно сейчас, глядя на мегаполис, Сара словно разглядела всю его мрачность, холод и бездушие.
