Ефимов повернулся и увидел ехидно улыбающегося Рассела-Констинскоффа. Разозлившись, Сергей шагнул к Джеймсу и, глядя ему прямо в глаза, зло выдавил:
– Ты, тварь, всё рассчитываешь отвертеться? Нет, гнида! Мы тебя вытащим в свет, представим миру! И не только на записанном видео. – Ефимов показал на нагрудный карман, из которого выглядывала маленькая чёрная точечка объектива миниатюрной видеокамеры. – Говоришь, тебя хорошо знают в мире как великого вирусолога, борца с неизвестными ранее болезнями? Что ж, теперь они узнают тебя как отца этих самых вирусных болезней!
– Я ученый! – с гордостью заявил тот.
– Ты не учёный, – возразил Ефимов и ткнул его пальцем в грудь, – ты палач! Этих людей, – кивок за спину, – убили не мы, их убили ты и твои хозяева!
Сергей сплюнул и обратился к Маркони.
– Это, – прапорщик обвёл стволом автомата разбросанные вокруг тела, – может представлять опасность?
– Сейчас нет, – ассистент выглядел задумчивым, – но мы не хорошо изучали, возможно вирус дозреть в мёртвых телах. Нада… как эта обезо… обеззаразить.
– И как нам это «обеззаразить»? – Масляков нервно щёлкал предохранителем.
– Огонь, – тихо произнёс Ефимов.
– Огонь? – не понял группник.
– Наверняка уничтожить вирус можно только высокой температурой, то есть огнём. Всё это надо сжечь! – Ствол ефимовского автомата вновь очертил круг над разбросанными по залу телами.
– Но пламя привлечет внимание, мы дадим себя обнаружить! – негодующе запротестовал Масляков.
– А что, у нас есть выбор?
Виталий хотел возразить, затем передумал и понимающе кивнул: выбора у них действительно не было.
Чтобы хоть как-то отдалить погоню, спецназовцы решили поджечь все здания сразу. Расчёт был прост: пока потушат пожар, пока определятся с причиной смерти персонала и охранников, пока сложат два и два, пока организуют погоню… Какое-то время выиграть можно.
Закипела работа. Трупы с вышек перенесли в казарму. Мертвых же вирусоносителей перетащили в стоявшую на отшибе маленькую деревянную часовню, уложили вдоль стен на принесённые туда деревянные столы. В центре помещения на одном из свободных столов оставили металлический ящичек со штаммами вируса. Убитых на КПП и трупы обслуживающего персонала оставили на своих местах. Облили всё соляркой, благо её оказалось в достатке. Дополнительно в каждое помещение вкатили по две открытые и наполовину пустые бочки с соляркой и по две канистры с бензином. Подготовили к выезду два «Хаммера» из трёх стоящих на «объекте». Перед тем как развести огонь, Ефимов передал Агушеву ящик с документами и антивирусными прививками, туда же положил и миниатюрную видеокамеру.
– Отвечаешь головой! – Сергей строго предупредил Руслана. Тот ответственно кивнул.
Пламя разгорелось быстро. Сразу пять столбов чёрного дыма потянулись к небу, пугая округу начинающимся пожаром.
Разведчики не строили иллюзий. Уйди они на грунтовку сразу, найти их по следам (прошедший дождь напитал почву влагой) было проще простого. Поэтому, прежде чем свернуть на нужный курс, машины некоторое время петляли по асфальтовым дорогам дачного посёлка, и, лишь после того, как спецназовцы обнаружили подходящий съезд, на котором следы были не так заметны, «Хаммеры» ушли в нужном направлении.
Спустя время из-за опасности быть замеченными с воздуха разведчики загнали «Хаммеры» в лесопосадку и, тщательно замаскировав, бросили. Дальше отправились бегом, потом перешли на быстрый шаг. Кажется, удалось оторваться. Никто их не преследовал.
До места перехода линии соприкосновения оставалось совсем немного. «Три раза перебздеть», – вспомнил Ефимов присказку знакомого капитана. Пленённый профессор едва волочил ноги, негр чувствовал себя гораздо хуже своего шефа. Периодически его подхватывали под руки и тащили.
Устали все.
«Еще немного. Ещё немного, парни! – мысленно повторял Ефимов и, подбадривая самого себя, добавлял слегка перефразируя слова мультяшного персонажа: – Нам только бы этого суметь». А суметь было надо.
Беда пришла, откуда не ждали.
– Рязань, Рязань, Рязань, Байкал, Байкал! – несся в эфире позывной командира отряда…
Кабинет не отличался изысканностью отделки. Всё строго: темный стол из полированного дуба, такого же материала шкаф. Несколько книжных полок, заставленных в основном толстыми томами классиков, кожаный диван и три кожаных кресла. На столе четыре видавших виды проводных телефона, стопка бумаги, два записных блокнота, канцелярские принадлежности, стакан и открытая бутылка «Боржоми». На стенах три фотографии известных людей. За столом в придвинутых друг к другу креслах двое мужчин: один – моложавый генерал, другой – недавно побывавший в отряде подполковника Корнухова человек в штатском.
– По нашим сведениям, – штатский побарабанил костяшками пальцев по отполированной до блеска столешнице, – до отправки «носителей» осталось меньше суток.
– У нас есть возможности для их перехвата?
