Конечно, Роза прекрасно знала, что часто девушкам на фронте приходится вступать в отношения не по своей воле. Во взводе девчонки держались вместе и хоть кому могли дать отпор, да и в своих отлучках, блуждая по передовой и ночуя среди мужчин, Роза ничего не боялась: она уже знаменитость, о ней пишет фронтовая и центральная пресса, так что нагло приставать к ней вряд ли кто рискнет. В дневнике она неоднократно пишет, что слава ей совершенно не важна, однако записи говорят об обратном. «Я овеяна славой. Недавно в армейской газете „Уничтожим врага“ написано: „Отличившаяся Шанина во время контратаки противника награждается медалью „За отвагу“ — это знатный снайпер нашего подразделения“»[409]. В московском журнале «Огонек» мой портрет на первой странице, уничтожила 54, трех немцев пленила, два ордена Славы… Представляю — читает вся страна, все мои знакомые… Недавно Илья Эренбург писал обо мне в газете нашей армии… «57 раз благодарю ее сряду, тысячи советских людей спасла она»[410].
Размышлять о славе и о себе Роза продолжила в госпитале: 12 декабря ее легко ранило в плечо. И в госпитале, и позже, в доме отдыха, куда ее отправили после него, она снова писала и писала. Писала о книгах, которые прочитала за время этого вынужденного отдыха, — «Сестра Керри» Теодора Драйзера и «Багратион». Обе книги произвели большое впечатление: «О, Керри, Керри! О, слепые мечты человеческого сердца!» — восклицает Роза в дневнике. Книга о Багратионе навела на размышления о славе: «Что значит слава — это или свой череп расколоть во имя Родины, или чужой раскрошить. Вот это слава! Я так и сделаю, ей-богу»[411].
Она посмотрела фильмы — редкое удовольствие на фронте, доступное только на отдыхе: «В старом Чикаго», «Подводная лодка номер 9» и «Жди меня» по сценарию Симонова, который Розе не понравился.
На отдыхе Роза бесконечно переписывала в дневник стихи — так делали и те девушки, кто дневников не вел, почти у каждой была тетрадка для переписывания стихов. Стихи были разные — переписанные из газет и «Боевого листка» (конечно, больше всех любили Симонова), но и фольклор, слова песен или стихи неизвестного автора, которые услышали от кого-то на фронте, а потом у кого-то переписали. Были среди них сентиментальные, были скабрезные. Роза переписала переделанные слова песни «Моя любимая» — текст был переделан с иронией и обыгрывал феномен фронтовых жен. Для Розы и ее подруг это был очень больной момент.
