Девушка-солдат, наступавшая в Восточной Пруссии, запомнила необыкновенную ночь, проведенную в немецком замке. Там было «много комнат… Такие залы!». Шкафы были полны нарядов, и каждая девушка выбрала себе платье. Ей понравилось желтое платье и неземной красоты халат, длинный и легкий как пушинка. Девушка и ее подруги страшно устали, было уже поздно. Одевшись в платья, они тут же заснули. Она заснула, надев поверх платья этот волшебный халат. А утром… «Встали… Посмотрели еще раз в зеркало… И все сняли, надели опять свои гимнастерки, брюки. Ничего с собой не брали. В дороге и иголка тяжелая. Ложку за голенище воткнешь, и все»[385].
Кое-кому удалось, конечно, отправить посылки, но ведь эти девушки были простыми солдатами, а посылки были в основном привилегией офицеров. Солдат бесправен, посылки Веры Чуйковой и нескольких ее подруг вскрыла женщина, работавшая на почте. Забрала себе то, что понравилось, остальное выкинула. Точно Вера, конечно, не знала, просто кто-то сказал, — а когда Вера вернулась домой, она узнала, что посылка и правда не дошла[386]. Офицеры — да, слали. А уж генералы, как говорили, — те отправляли барахло вагонами.
Девушки, кроме белья, могли взять платок, ну и часики золотые, если подарят разведчики, тоже таскали с собой. А однажды ребята притащили Ане Мулатовой шубу — у них было больше, чем у девушек, возможностей полазить по немецким домам. Аня сначала отказывалась: «Куда мне ее девать?» Но такая красивая была кроличья шубка, так захотелось ей вернуться домой и зимой носить эту мягкую шубку, что не удержалась и взяла. Мучилась, таскала с собой в мешке, пока, уже в конце апреля, в Карпатах, не пропал весь мешок: девушки положили мешки на подводу, а ездовой то ли уснул, то ли лошадь испугалась и понесла, но сорвалась вся телега с лошадью в пропасть, погибли и лошадь, и ездовой, и вещи все пропали. Шуба — мелочь, с мешком пропала Анина снайперская книжка, и, хотя позже ей выдали справку и написали там снайперский счет, книжки другой не дали — все равно они уже были в наступлении[387].
«Высокая такая, грубоватая… много разговаривать не любила. Очень ей нравилась песня „Ой, туманы мои, растуманы“. Каждый раз, как начнет оружие чистить, так ее непременно затянет»[388], — вспоминала о «самой отчаянной из нас» Лидия Вдовина. Калерия Петрова — в 1960-х годах «красивая, ухоженная москвичка, научный сотрудник» — тоже вспоминала, что Роза была молчалива. «Ходила чуть вразвалочку, покачивая широкими плечами. В обиду себя не давала: молчит-молчит, но если заденут по-настоящему — встанет лицом к лицу, упрет руки в бока, глаза прищурит и выскажется крепко»[389]. На отдыхе, когда было свободное время, Роза все что-то писала. «Пишу целый день, устала, допишу потом. Все письма писала и в дневник, и на коленях все, приперла стенку и пишу, и спина, и рука устала»[390]. Она упоминает в дневнике, что в какой-то день написала 30 писем. Писала очень много домой, писала подругам по Архангельску, писала мужчинам, которых встретила на фронте, писала в редакцию фронтовой газеты, писала начальству, вплоть до самого Сталина, требуя, чтобы разрешили воевать на передовой. Предлагала Кале: «Давай я и твоей маме напишу, как мы здесь живем, как воюем. И Сашиной маме тоже…» И сама, конечно, получала огромное количество писем — особенно когда стала знаменитостью. «Но, — писала она с характерным для нее пессимизмом, — того письма, которое радует, нет»[391].
Дневник Розы всего-то за три месяца — с декабря 1944 года по январь 1945-го (более ранний не сохранился или не опубликован, но он точно существовал) — очень много о ней рассказывает. Советские и современные российские публикации создали образ Розы Шаниной — бесстрашного бойца, убежденной коммунистки, без остатка отдавшей себя защите родной страны. Иногда она предстает даже фанатиком. Непросто разобраться в записях Розы — записях человека, который спешит и сокращает, многое недоговаривает, который, в силу недостатка образования, часто не может в достаточной мере выразить мысль. Но, вчитавшись, сразу понимаешь, что имеешь дело с очень сложным случаем. Дневник, вызывающий у читателя самые разные эмоции, отражает страдания молодого и незрелого, очень талантливого, всегда неудовлетворенного, неуверенного в себе человека.
В этом дневнике четыре темы играют одинаково большую роль: война — снайперская «охота» и страстное желание быть на передовой, слава, взаимоотношения с мужчинами, отношения с подругами. Стоит ли говорить об очевидном: эти темы взаимосвязаны, тесно переплетены.
