Two Mabden grasped his arms and pushed him towards the board (двое мабденов схватили его /за/ руки и подтолкнули к щиту; to push — толкать, пихать; подгонять; давить). Another brought a chisel and an iron hammer (еще один принес долото и железный молот; to bring; chisel — долото, стамеска, зубило). Corum was pushed with his back against the board (Корума прислонили спиной к щиту), which now rested on the trunk of a tree (который теперь опирался о ствол дерева; to rest on — покоиться, опираться). Using the chisel, a Mabden struck the chains from him (используя долото, мабден снял с него цепи; to strike from — вычеркнуть, удалить), then his arms and legs were seized and he was spread-eagled on the board (затем его схватили /за/ руки и ноги и растянули на щите; to spread-eagle — распластывать, распинать /от spread-eagle — орел с распростертыми крыльями /изображение на государственном гербе США/) while new rivets were driven into the links of chain securing him there (пока новые заклепки вбивались в звенья цепи, что удерживала его там; to drive into — вбивать, вколачивать; to secure — охранять, оберегать; закреплять, стягивать). Corum could smell stale blood (Корум мог чуять = чувствовал /запах/ спекшейся крови; stale — несвежий, черствый; затхлый). He could see where the board was scored with the marks of knives, swords and axes (он видел, где щит был истыкан ножами, мечами и топорами; to score — делать зарубки; оставлять глубокие следы; mark — метка, знак, след), where arrows had been shot into it (где стрелы попадали в него; to shoot — стрелять; бросать, кидать). He was on a butcher's block (он был на колоде мясника; butcher — мясник; палач, убийца; block — колода, чурбан; плаха).
guess [ɡes] chisel [ˈʧɪzl] seized [si:zd] rivet [ˈrɪvɪt] knives [naɪvz] butcher's [ˈbuʧəz]
Corum saw them bring up a wide plank of wood. It was thick and pitted and stained. Near its four corners were fixed lengths of chain. Corum began to guess at the board's function.
Two Mabden grasped his arms and pushed him towards the board. Another brought a chisel and an iron hammer. Corum was pushed with his back against the board, which now rested on the trunk of a tree. Using the chisel, a Mabden struck the chains from him, then his arms and legs were seized and he was spread-eagled on the board while new rivets were driven into the links of chain securing him there. Corum could smell stale blood. He could see where the board was scored with the marks of knives, swords and axes, where arrows had been shot into it. He was on a butcher's block.
The Mabden bloodlust was rising (жажда крови мабденов разгоралась; to rise — вставать; подниматься, увеличиваться). Their eyes gleamed in the firelight (их глаза сверкали в свете костров; to gleam — мерцать, слабо светиться), their breath steamed and their nostrils dilated (их дыхание дымилось = изо рта шел пар, и ноздри раздувались; to steam — выпускать пар; запотевать; варить на пару; to dilate — расширять/ся/, распространяться). Red tongues licked thick lips (красные языки облизывали толстые губы) and small, anticipatory, smiles were on several faces (и слабые, предварительные улыбки были на нескольких лицах = некоторые ухмылялись в предвкушении /развлечения/; anticipatory — предварительный; предупреждающий; предчувствующий).
Earl Glandyth had been supervising the pinning of Corum to the board (граф Гландит руководил приковыванием Корума к щиту; to supervise — смотреть /за чем-либо/; надзирать; заведовать; to pin — прикалывать, прокалывать; прикреплять, пригвождать). Now he came up and stood in front of the Vadhagh (затем он подошел и встал перед вадагом) and he drew a slim, sharp blade from his belt (вытащил тонкий, острый клинок из-за пояса; slim — стройный, худой; тонкий; to draw).
