В повседневном употреблении оба слова приобрели практически одинаковое значение. Бурская война также вернула им первоначальное значение для широких масс. Цивилизация – это триумф технологий, самые быстрые электрические железные дороги, самые высокие небоскребы, самые густонаселенные города, самые шумные праздники, самые лотерейные, как в рулетке, несчастья, самый большой контраст между богатыми и бедными, самая дикая классовая ненависть, самая ненасытная жадность к деньгам, самый бесстыдный порок, самый блестящий лак.
Понятие культура восходит к тихому труду плуга и столь же серьезному труду мыслителя, к тихому огню домашнего очага и еще более тайному – истинной любви, к защите слабых и обязанностям сильных, к углублению, накоплению и очищению того, что человечество духовно приобрело за тысячелетия, к природе как прибежищу всякого истинного искусства, как источнику всего благородного и прекрасного.
Это старая песня, которую любят петь поэты с тех пор, как человеческий дух запутался в противоречиях, порожденных им самим: из этой суматохи передела, назад, в материнское лоно природы!
На русском:
До тех пор, пока человеческие сердца будут биться во имя благородства, поэты не устанут петь эту песню как свое самое сокровенное признание. Но и мировая история поет ее по-своему; в громе сражений ее железные кости катятся вокруг могучего решения вопроса: англичане или буры, цивилизация или культура, произвол кошелька или свобода крестьян, закон кулака или господство нравственности в жизни народов?
Битва все еще бушует. Один Бур выступает против двадцати английских солдат; здесь честная винтовочная пуля и личная храбрость, там – трусливое издевательство над беззащитными стариками и женщинами, систематическое убийство беспомощных детей. Сомневаться в успехе было бы преступлением перед Богом, судящим мировую историю!
Было бы, пожалуй, серьезным просчетом и в оценке ценности национальных личностей, сражающихся на обеих сторонах, если допускать такое сомнение. Обе стороны почти одной крови, а между собой принципиально различны! Бур – во всем искренний, здоровый, естественный. Англичанин во всем поклоняется внешности, низкому, успеху.
Чтобы оценить данное положение дел, рассмотрим отношение обоих соперников к природе! У бура – полное поглощение окружающим миром, у англичанина – полный отказ от природы, обусловленный не только основными чертами быта английского народа, скорее даже результатом хода развития до безумия однобокой трудовой деятельности.
Чрезмерное разделение труда в английской промышленной жизни с его унылым однообразием привело англичанина и к атрофии интеллектуальной сферы, которая находит столь же значительное выражение в шутовских куртках различных видов спорта, как и в унылой сухости бытия
И здесь, и там каждый из дураков с презрением смотрит на глупость другого; но все они были бы единодушны в своем осуждении дурака, который в этом мире охотников за рекордами все еще хотел выдвинуть идею о том, что, по прекрасному примеру Древней Греции, цель благородного человечества следует искать во всестороннем упражнении физических и умственных сил.
Буру все физические навыки одинаково необходимы: верховая езда, фехтование, стрельба, плавание, бег, охота, земледелие, скотоводство, ремесла – в той же мере привычные занятия, о которых он даже не задумывается. Он занимается ими в одной и той же одежде; более того, он даже не пришивает к ней украшения и знаки отличия, когда идет в бой. Не является ли это само по себе претензией на больший престиж и ожиданием окончательной победы?
Но из этих искренних и близких отношений с природой для Бура возникли более серьезные и важные отношения – отношения с Богом.
В этом отношении также следует рассматривать обе национальные личности – англичанина и Бура! Если не считать янки, которые, в конце концов, представляют собой лишь последнее звено в цепи развития Англии, то ни один другой народ не говорит так много о благочестии, как англичане.
Нигде нет столько пафосного правоверия, столь внешне респектабельных прихожан, как в Англии. Но нигде нет столько вопиющего лицемерия, переплетенного в черный бархат с золотой отделкой, как в Англии; нигде нет такой претенциозной навязчивости, нигде нет такой неестественности и отвратительных искажений в маркетинге, как в Англии.