За время своего заключения невыразительный человек уже дважды проучил наглецов, пытавшихся его оскорбить.
Не взирая на боль, причиняемую наручниками, он сломал одному охраннику нос и ногу, а другому обе руки.
Наверное, ожидая подвох, мужчина молча стоял на месте. Спустя несколько секунд, прихрамывая на правую ногу, он покинул свой пост у входа и, подойдя к столу, начал сверлить взглядом полковника.
— Красивый у Вас наряд, и побрякушки. — Заявил Рэдхорн вместо приветствия, — Нет желания сменить их на свободу?
Мужчина не отвечал и всё так же пристально пялился на полковника. Русые, коротко стриженные лазерным автоматическим «парикмахером» волосы, подчёркивали янтарные, словно позаимствованные у дикого животного, глаза.
В остальном детали его лица имели черты среднестатистической внешности. Попади такой персонаж в толпу, он без следа растворился бы в ней.
Исходя из информации, полученной об этом человеке, Рэдхорн представлял себе бойца-тяжеловеса, покрытого множеством шрамов.
Если же у этого мужчины и были когда-нибудь видимые боевые отметины на поверхности кожи, то он давно избавился от них при помощи пластической хирургии.
— Хорошо. Если не желаете говорить, я перечислю, что мне о Вас известно, а Вы поправьте, если я не прав. — наткнувшись на стену безмолвия, Рэдхорн не мог придумать как наладить двусторонний контакт с этой молчаливой статуей, — Итак, Ваше имя Мортис Рорк. Сорока трех лет от роду. Холост. Выросли в маленьком городке. Отец фермер, мать домохозяйка. Природа наделила Вас отменной силой и некоторое время в составе группы бродячего цирка Вы зарабатывали на жизнь тем, что с одного удара кулаком между рог, отправляли взрослого быка в нокаут. Это правда?
Рорк продолжал молчать, его спокойствие начинало выводить полковника из себя.
— Не знаю, чем Вы там занимались дальше, — разговаривал практически сам с собой Рэдхорн, — но сюда Вы попали, уничтожив тридцать семь членов хорошо вооружённой банды. Вы расскажете, что там произошло? Как и почему Вы это сделали?
Полковник было подумал, что ошибся адресом с этим человеком и что у него своеобразный обет молчания, как тот вдруг открыл рот.
— Ненавижу несправедливость и ублюдков, которые охотятся на беззащитных. — судя по всему в устах Мортиса Рорка это была длинная, раскрывающая суть произошедшего, фраза.
— Насколько мне известно, Вы кого-то спасли из лап бандитов. Кто это был? Это Ваш друг? — слова Рэдхорна были проглочены возобновившимся молчанием арестанта.
Полковник про себя подумал: «На некоторые вопросы он всё-таки отвечает, нужно продолжать».
Рэдхорну нужно было понять, чем руководствовался и каким образом действовал этот человек, прежде чем принять его в отряд.
— Куда Вы делись после работы в цирке? Вы где-то проходили боевую подготовку? Нашпиговать бандитов свинцом было хорошей мыслью, но кто обучал Вас работе с оружием? — Рэдхорн продолжал засыпать Рорка вопросами, пытаясь нащупать пути подхода к молчуну, — Я так понимаю, Вы проникли в самое сердце охраняемой бандитами территории и отступая назад, к выходу, уничтожали все преграды на своём пути. Как Вас вообще пропустили в логово?
— Войти было просто. А вот чтобы выйти пришлось попотеть. Я был безоружен и нёс мешочек с бриллиантами в качестве выкупа за парнишку, которого они всё равно не отпустили бы.
В помещении, куда привели заложника, и где предстоял обмен, находилось пятнадцать подонков, включая вожака всей шайки. Так что, я для них не был опасен, по крайней мере, так считали они, — на лице Рорка появилась самодовольная ухмылка. Воспоминания о славной битве зажгли искру в его звериных глазах, — Два здоровенных недоумка, увешанные оружием, словно рождественская ёлка игрушками, следовали за мной по пятам и расположились по бокам от меня, когда мы подошли к месту обмена. Посреди зала во главе стола восседал сам главарь, а слева от него примостился ювелир, ожидавший камни для проверки. В дальнем углу сидел испуганный заложник. Бандитам не было до него никакого дела, так как все сосредоточились на мешочке с камнями. Левой рукой я бросил выкуп на стол, и пока бандиты следили глазами за его полетом, правым локтем вогнал переносицу в мозг стоявшего справа громилы. Завладеть его оружием теперь не составляло труда. Пять метательных ножей на груди, пистолет-пулемёт в правой руке, два пистолета в кобурах на правом и левом бедрах — всё это богатство я мог заполучить, всего лишь опустив правую руку. Мне подошел пистолет-пулемет, легко отобранный из ослабевшей руки противника.
