Людей в тайном убежище на Принсенграхте выдали по телефону, и это была женщина. В августе 1944 года доступа к телефонам почти ни у кого не было. Одним из немногих мест, откуда еще можно было куда-то позвонить, был офис вермахта на третьем этаже дома на Вестермаркте.
К концу войны вермахт и СД замели все следы своей деятельности на Вестермаркте. Все документы сожгли в подвальной печи. Поэтому многие историки не знали, что немцы занимали там два (затем три) этажа. Никто не подозревал, что кто-то мог выдавать евреев по телефону из того здания.
Отец никогда особо не делился этой историей. Когда война кончилась, ему хотелось как можно скорее обо всем забыть. Также он никому не рассказал ни о постоянных визитах Анс ван Дейк, ни о ее связях с членами NSB и их женами, даже после того, как стало известно, какую роль она играла в предательстве евреев.
Моему отцу, Джерарду Кремеру, официально дали вернуться к работе смотрителя после войны; он проработал до 1969 года. Он продолжил жить в доме номер два на Вестермаркте вместе с Беп, Боем (хотя теперь меня все называют Джерардом) и дочкой Лус, которая родилась после войны. Он умер в Амстердаме 21 мая 1978 года. Ему было 68.
Доктор Геррит Лам близко общался с Валравеном ван Холлом, движущей силой голландского сопротивления. Благодаря такой связи доктор Лам смог быстро найти новое убежище людям, скрывающимся в доме на Вестермаркте, после ареста Джерарда. Врач называл Джерарда «бакалейщиком». После войны доктор Лам продолжил вести медицинскую практику у себя дома, за углом Вестермаркта, в доме 196 на Кейзерсграхте, вплоть до 1971 года. Джерард и доктор Лам крепко дружили и после войны. Врач умер 22 июня 1987 года в возрасте 86 лет.
В книге людям, жившим в убежище, даны выдуманные имена. Настоящие узнать уже невозможно. Об их судьбе после войны тоже ничего не было известно, пока Джерарду не позвонили потомки тех, кого он скрывал. Они рассказали, что все эти люди пережили войну и после освобождения мигрировали в Палестину.
Всех участников сопротивления, арестованных вместе с Джерардом, расстреляли. На улице Аполлолаан, где произошла эта трагедия, установили монумент в их память.
Полковник Маас с женой уехали, как только стало ясно, что немцы будут вынуждены капитулировать. Насколько было известно Джерарду, им удалось перебраться в Южную Америку. Доподлинно неясно, причастен ли полковник Маас к освобождению Джерарда, но это весьма вероятно, потому что он был единственным немцем, который общался с Джерардом и его женой.
После войны Анс ван Дейк арестовали за массовое предательство скрывающихся евреев. На суде она признала вину. Она стала единственной женщиной в Нидерландах, приговоренной к смертной казни. Прошение о помиловании было отвергнуто, и ее казнили 14 января 1948 года.
Я благодарен моей любимой жене Тоос, дочке Клаудии и внуку Бою за то, что перетерпели долгие месяцы, в которые я был погружен в изучение того, что произошло в доме номер два на Вестермаркте во время войны. Когда мой отец приближался к концу жизненного пути, я работал в Канаде, а Тоос слушала его истории о военном времени. Он не мог спать длинными ночами, его мучали воспоминания о пытках в заключении, и разговоры с Тоос ему помогали. Она была его преданной слушательницей и полезным источником информации для меня.
Благодарю доктора Лама-младшего за предоставленную информацию и счастливую встречу много лет спустя.
Благодарю Тони Альберти за то, что подтолкнула меня отправить рукопись в издательство.
Спасибо Эстер Беверс из TerraTekst за помощь в подборе правильных слов.
Спасибо Хенку Аллеману за его картину «Вестерторен», и спасибо всем, кто поддерживал меня при выпуске этой книги.
Оригинальная нидерландская версия «Анна Франк: кто выдал семью Франков?» вызвала бурное обсуждение сразу после публикации. Многие местные жители, помнящие военный период, или их родственники, откликнулись на историю, она глубоко их тронула. Это заполнило пробелы для некоторых, но другие стали делиться информацией с нами, чтобы пролить на историю свет с разных сторон.
К примеру, с нами связалась Лени Наннинга, одна из тех, кто скрывался в гараже Сторков. Она рассказала, что в гараже десятого дома на Вестермаркте происходило много всего «подпольного». Типограф Вильгельм ден Ауден на чердаке своего дома на углу Лелиграхта печатал газеты и фальшивые документы, которые распространялись среди членов сопротивления через сад и гараж Сторков.
Если ситуация слишком накалялась, людей, скрывающихся в этом районе, временно прятал в своей каменной мастерской Геррит Беннинг, в доме номер восемь на Вестермаркте, рядом с церковью Вестеркерк.
Типография «Ден Ауден», между прочим, все еще работает; на их сайте можно найти дополнительную информацию о незаконной печатной деятельности во время войны (https://wcdenouden.nl/historie).
