Мер хихикает и вытягивает один из коричневых «скелетиков» из локонов Сент-Клера. Он берёт листочек, растирает в труху и сдувает его в волосы Мередит. Они смеются, и у меня всё переворачивается внутри.
— Возможно, тебе стоит надеть Шапку, — говорю я. Он попросил меня захватить её до нашего ухода. Я бросаю сумку ему на колени, возможно немного слишком тяжело. Сент-Клер охает и сгибается напополам.
— Осторожней. — Джош откусывает розовое яблоко и говорит с набитым ртом. — А то внизу ему всё отобьёшь.
— O-o-o! — откликаюсь я. — Заинтриговал. Поведай, что я там могу отбить.
Джош печально улыбается.
— Прости. Секретная информация. Распространяется только среди тех, кому есть что отбивать.
Сент-Клер вытряхивает оставшуюся часть листьев из волос и надевает Шапку. Рашми корчит гримасу.
— Ты серьёзно? Сегодня? При всём честном народе? — спрашивает она.
— Каждый день, — говорит он. — Пока ты со мной.
Она фыркает.
— Так чем сегодня занята Эллен?
— Тьфу. Решила переться на ужасную костюмированную вечеринку.
— Ты не любишь костюмированные вечеринки? — интересуется Мер.
— Я не умею шить костюмы.
— Только шапки, — замечает Рашми.
— Я и не знала, что кто-то за пределами школы празднует Хэллоуин, — замечаю я.
— Некоторые празднуют, — отвечает Джош. — Владельцы магазина пытались коммерциализировать праздник несколько лет назад. Он не завоевал популярности. Но дайте студенточке шанс нарядиться как распутная медсестра, и она за него уцепится.
Сент-Клер кидает козий сыр в голову Джоша, и кусок ударяет ему в щёку.
— Задница. Она не собирается идти как распутная медсестра.
— Всего лишь как обычная? — невинно спрашиваю я. — С декольтированным бюстом и реально большими грудями?
Джош и Рашми лопаются от смеха, и Сент-Клер стаскивает Шапку на глаза.
— Гррх, ненавижу вас всех.
— Эй! — обиженно отзывается Мередит. — Я ничего не говорила.
— Гррх, ненавижу вас всех кроме Мер.
Позади нас топчется небольшая группа американских туристов. Они выглядят смущёнными. Бородатый парень лет двадцати открывает рот, чтобы задать вопрос, но Рашми его опережает.
— Джим Моррисон4 там. — Она указывает вниз по тропе. Бородатый парень облегчённо улыбается, благодарит, и группа уходит.
— Откуда ты узнала, чего они хотят? — спрашиваю я.
— Им всем нужно одно и то же.
— Тогда им стоит искать Виктора Нойра, — говорит Джош. Все остальные смеются.
— Кого?
Грустно пребывать в потёмках.
— Виктор Нойр был журналистом, застрелен Пьером Бонапартом, — говорит Сент-Клер, как будто это что-либо объясняет. Сент-Клер поднимает Шапку с глаз. — Статуя на его могиле, как предполагается, помогает... увеличить фертильность.
— Его бугорок просто сияет, — уточняет Джош. — На удачу.
— Почему мы снова заговорили о том, что можно отбить? — спрашивает Мер. — Мы никогда не можем поговорить ни о чём другом?
— Правда? — восклицаю я. — Прям сияет?
— Очень, — отвечает Сент-Клер.
— Я должна это увидеть. — Я проглатываю гущу, вытираю хлебные крошки со рта и быстро поднимаюсь. — Где Виктор?
— Позволь проводить.
Сент-Клер вскакивает на ноги и убегает. Я за ним. Он прорезает рощу голых деревьев, а я застреваю в ветках. Мы смеёмся, выпрыгиваем на тропу и врезаемся прямо в охранника. Он хмурится на нас из-под своей кепки в военном стиле. Сент-Клер улыбается и слегка пожимает плечами. Сторож качает головой, но позволяет нам пройти.
Сент-Клеру всё сходит с рук.
Мы прогуливаемся с преувеличенным спокойствием, и он указывает на область, занятую фотографирующимися. Мы встаём в конец и ждём своей очереди. Худая чёрная кошка выбегает из-за алтаря, усыпанного розами и винными бутылками, и мчится в кустарник.
— Признаю. Это было довольно жутко. Счастливого Хэллоуина.
— Ты не знала, что это место является родиной трёх тысяч кошек? — спрашивает Сент-Клер.
— Конечно, знала. Записано в мозгу в файле «Животными из семейства кошачьих, Париж».
Он смеётся. Туристы уходят к следующей достопримечательности, и мы оба улыбаемся, поскольку подходим к Виктору Нойру. Его статуя в натуральную величину лежит плашмя на земле над могилой. Глаза закрыты, рядом цилиндр. И несмотря на то, что серо-зелёная патина одета, на штанах заметная выпуклость, которая действительно натёрта до сверкающий бронзы.
— Если я его коснусь, то смогу загадать желание? — спрашиваю я, вспомнив Нулевую Точку.
— Нет. Виктор отвечает только за фертильность.
— Ну же. Потри его.
Сент-Клер пятится к другой могиле.
— Нет, Спасибо. — Он снова смеётся. — Я не нуждаюсь в такой проблеме.
Мой собственный смех застревает в горле, когда до меня доходит смысл сказанного. Полегче, Анна. Это не должно тебя беспокоить. Не позволяй ему увидеть, как это тебя беспокоит.
— Ладно. Если ты не хочешь трогать, я сама. Мне такая проблема не грозит. — Я понижаю голос до театрального шёпота: — Знаешь, я слышала, чтобы забеременеть, нужно сначала заняться сексом.
Я вижу, как в голове Сент-Клера тут же рождается вопрос. Бли-и-ин! Возможно, я была слишком поспешна со своей шуткой. Взгляд Сент-Клера наполовину смущённый, наполовину любопытен.
— Так, эм, ты девственница?
ААА! Я И МОЙ ДЛИННЫЙ ЯЗЫК.
